Лудиты наших дней

Рукономикс всегда любил покритиковать высказывания российских чиновников об экономике. Как правило, они в ней ничего не понимают, а все равно лезут. Сегодня рассмотрим последнее заявление премьера Владимира Путина:

«По многим ключевым показателям наши торговые площадки пока явно уступают ведущим мировым центрам. Кроме того, они чрезмерно зависят от настроений, царящих на зарубежных рынках», – посетовал премьер-министр Владимир Путин, открывая заседание президиума правительства в понедельник. Это расстраивает, ведь в «последние годы все большее количество предприятий реального сектора рассматривают биржу в качестве удобного и надежного инструмента привлечения средств». Но в результате компании оказываются недооценены.

«Мы знаем примеры, когда они (котировки) становятся ниже реальных средств, находящихся на их счетах. Это какое-то уродливое явление, абсолютно несправедливое», – поделился наболевшим Путин.

Здесь сразу несколько экономических утверждений. Во-первых, по Путину плохо, что российский рынок  зависит от иностранных инвесторов. Во-вторых, резкое падение российского рынка связано именно с присутствием на нем иностранных инвесторов. В-третьих,  не справдливо, что российские компании так сильно упали.

Владимир Путин почему-то забывает, что все годы его президентства российскую экономику только и двигали растущие рынки зарубежом. За их счет росли прибыли нефтегазовых и металлургических компаний. Оттуда же поступали огромные деньги на новые инвестиции. И в этом нет ничего страшного. Если наша экономика кажется инвесторам привлекательной, то это значит мы что-то делаем правильно. За это время Россия так и не смогла создать сильного внутреннего рынка. Возможно, этого и нельзя было так быстро сделать. А может быть, просто у Путина и его команды не получилось. Важно, что в падении российских рынков после падения рынков за рубежом тоже нет ничего необычного. Если вы 8 лет эти деньги не текли в страну, то сейчас нечему было бы утекать.

К сожалению, нельзя взять инвесторов из воздуха. Конечно хочется, что бы они были своими, разумными и приятными во всех отношениях. Но у людей, вкладывающих в рынки, которые того не заслуживают, очень быстро заканчиваются деньги. Тому пример так называемые народные IPO, когда простым гражданам дали шанс инвестировать в большие российские компании. С тех пор цены акций в некоторых из них так и не поднялись на уровень прибыли. А чтобы на умный инвестор не бежал с рынка, ему нужно создавать приличные условия. Во время бума, инвестор придет и так, а вот в кризис над этим придется поработать.

Многие российские компании, выходя на рынок, пытаются попасть сразу на лондонскую или нью-йоркскую биржу. Почему? Потому что там намного выше стандарты. Например, там работают качественные суды, прокуратура не приходит с банкротящями проверками, а премьер-министр не обвиняет без оснований свои компании. Именно эти особенности российской экономики и создают то самое «уродливое и несправедливое явление». Российские компании стоят дешево потому, что несмотря на все их активы, завтра каждая из них может исчезнуть без каких-либо причин. Не так давно самая дорогая российская компания за очень короткий период потеряла все свои активы, потому что у нее вдруг образовались миллиардные долги правительству. Наши компании и так не идеалы прозрачности, а непредсказуемость властей только усугубляет ситуацию в глазах среднего инвестора.

Все это мы знали и до кризиса, но приток шальных денег позволял не обращать внимания. Теперь Путин хочет заменить инвесторов. То есть терять деньги на российском рынке будут уже наши сограждане. Так что ли приятней? Не лучше ли сделать рынки снова привлекательными?

Выступление Путина против иностранных инвесторов лично мне напоминает бунты против введения машин на британских заводах во время индустриальной революции. Не понимая экономики происходящих процессов, люди начинают искать хоть какой-нибудь выход и не замечают, как их позиция приобретает совсем уж абсурдный вид.

Про Мечел и рынки

Читатели просят прокомментировать историю с компанией Мечел. Напомню, некоторое время назад премьер Путин ни с того ни с сего вдруг отчитал одну из крупнейших металлургических компаний в использовании схемы ухода от налогов через продажу сырья по разным ценам на внутреннем и внешнем рынке. Резкая критика премьера стоила компании несколько миллиардов долларов капитализации, а за Мечелом упал и весь фондовый рынок. Разбираться, справедлива ли критика Путина я не стану, тут нужно обладать большей информацией о компании, критиковать сам метод решения проблемы (через ничем не обоснованное заявление чиновника, а не целенаправленное разбирательство антимонопольных органов) тоже слишком просто. Предлагаю посмотреть на эту проблему скорей с точки зрения теории эффективных рынков.

Итак, хотя сегодня уже общепринято, что рынок иногда бывает подвержен нерациональным паникам, трудно отнести 5 миллиардов к результатам только лишь всеобщего помешательства. Вероятно цены на акции Мечела упали не просто так. То есть рынок посчитал, что есть какие-то основания для переоценки компании. В нормальной ситуации это бы было сигналом того, что рынок согласен с оценкой премьера по поводу нелегальных операций. Так, например, было после часто теперь цитируемого оглашение о проблемах в компании Энрон (справедливости ради, там это делалось по прописанной в законе процедуре). Но тогда непонятно, почему о проблемах знает Путин, но не знают другие участники рынка, соответствующие органы и вообще никто. 

Мне кажется более реалистичным другое объяснение произошедшего. Рынок вполне рационально отреагировал на новости, но тревогу в игроков вселили не конкретные детали обвинения Путина, а сам факт «наезда», тогда как сами налоговые махинации (если они имели место) никого особо не волновали пока на них обратил внимание премьер. Конечно не стоит быть слишком наивным и предполагать, что рынок заботится о честности бизнесменов, но возможность законного разбирательства  была бы веским доводом против вложений в компанию вроде Мечела. В нашем же случае ситуация выглядит ровно наоборот: даже если бы Путин начал обвинять в махинациях абсолютно легальную компанию, ее акции все равно бы с большой вероятностью обрушились. Просто потому что российские власти уже доказали, что умеют создавать очень серьезные проблемы компаниям без единого формального довода. Реакция на заявление Путина, таким образом, не так уж сильно связана с деятельностью самого Мечела, а всего лишь показывает, что инвесторы помнят, насколько подвержен рискам российский рынок.

Путин vs Кейнс

Financial Times рассказывает:

Вчера российский президент Владимир Путин призвал радикальным образом пересмотреть состояние мировых финансовых и торговых институтов, с тем чтобы отразить рост экономической мощи стран с развивающимися рынками – в том числе России.

По словам Путина, миру требуется новая международная финансовая архитектура, поскольку существующая модель стала «архаичной, недемократичной и неповоротливой».

Этот открытый демарш против западного господства в мировой экономической системе произошел на форуме в Санкт-Петербурге, который был призван стать витриной экономического возрождения России.

Под мировыми финансовыми институтами можно понимать многое, но традиционно этим термином называют три организации: Всемирный Банк, Международный Валютный Фонд и Всемирную Торговую Организацию. Первые две можно отдельно назвать бреттон-вудскими институтами в честь города, где в 1944-м было подписано соответствующее соглашение. Одним из главных идеологов такого устройства мира часто называют Джона Мейнарда Кейнса, поскольку он был в то время не только одним из самых влиятельных экономистов, но и входил в британскую делегацию на конференции, где, по рассказам, сумел очаровать политиков с дипломатами.

Сегодня роль международных финансовых институтов резко поменялась. Во времена Кейнса они были нужны для органичного развития развитых стран, в основном послевоенной Европы. Сегодня им эти организации практически бесполезны. Всемирный Банк стал заниматься в основном странами третьего мира, ВТО стала малорелевантной, когда в нее вступили почти все, но самая интересная история, пожалуй, у МВФ.

Сначала фонд занимался координированием мировых обменных курсов в рамках золотого стандарта, но после отхода от этой системы в 1971 начал тоже помогать разивающимся рынкам. Помощь эта была связана с очень агрессивным насаждением определенных рыночных и демократических идей (то, что позже стали называть Вашингтонским Консенсусом), но даже когда идеи сами по себе были возможно и неплохи Фонд часто не обращал внимания на их несовместимость с конкретной ситуацией в стране. В итоге лекарство иногда было хуже болезни. Страны Латинской Америки, Юго-Восточной Азии и Россия еще долго будут в страшных снах вспоминать свое общение с МВФ, хотя им и руководили такие известные экономисты как Стэнли Фишер, Энн Крюгер и Кеннет Рогофф. В итоге, когда развивающиеся страны начали богатеть, они первым делом стали создавать стабфонды и прочие резервные корзины с единственной целью избежать ситуации, когда придется занимать у МВФ. Через какое-то время без займов МВФ остался без серьезной работы и с дыркой в балансе. В результате в прошлом году было принято решение о серьезной реорганизации Фонда.

Критика Владимира Путина в адрес финансовых институтов во многом верна. Они действительно недемократичны и неэффективны. Но совершенно непонятно, с чего вдруг Путин о них вспомнил. Сомневаюсь, что он так уж о них переживает. В конце концов, России кроме ВТО эти организации даже не особо нужны. Путину понравилось последнее время защищаться атакой. Вот он и решил, предваряя неприятные дискуссии о том почему процесс с ВТО длится уже так долго, сказать что-то вроде «а не очень-то нам и надо». В общем даже не самый глупый дипломатический ход, но все-таки смешно слушать обвинения в недемократичности и неэффективности в адрес даже таких смешных структур как МВФ и ВБ из уст человека, который  последовательно делает эти два слова синонимами российской экономики.