Антикризисные мифы

Правительства разных стран продолжают бороться с кризисом. К сожалению, большинство из них отказываются понять одну очень важную вещь. Почему-то почти вся политика сегодня основана на странной идее, что кризис случился просто так, а значит надо только восстановить все как было до кризиса, и будет все отлично. Поэтому предлагаются целый ряд мер, направленных на консервацию экономических проблем, а не их решение. На самом деле, кризис говорит о том, что экономика была устроена неэффективно, а значит что-то должно измениться. Давайте рассмотрим на примере.

Вчера в Коммерсанте вышла статья с планами российского правительства по антикризисным мерам в образавании:

Как следует из доклада экспертного совета при правительственной комиссии по повышению устойчивости развития российской экономики под руководством первого вице-премьера Игоря Шувалова (разработан Академией народного хозяйства), правительству предлагают изменить планы. В тексте декларируется, что в период кризиса следует любой ценой удержать студентов в вузах — ведь работать молодежи будет негде.

Набор антикризисных мер по развитию образования в условиях роста безработицы выглядит революционным. Так, эксперты правительства предлагают увеличить срок обучения в школе до 12 лет — таким образом выход на рынок труда для подростка отсрочится еще на этапе поступления в вуз.

И так далее. Предлагается не сокращать псевдо-вузы и вообще не ограничивать доступ к ним. Я тут не буду обсуждать технические проблемы, например, с армией, а хочу поговорить о логике этого предложения. На первый взгляд, все выглядит симпатично: правительство заботится о студентах, страна получает больше образованных людей, безработица чуть меньше и так далее. Но по факту это означает, что мы всего лишь надеемся, что кризис обойдет нас стороной, а дальше школьники спокойно вольются на рынок труда. В реальности для преодоления кризиса должен измениться в частности и кадровый состав. В некоторых отраслях будут сокращения не временно, а навсегда. Для заполнения спроса в других регионах и других отраслях старые безработные не помогут. Наоборот нужны новые работники, которые помогут вырасти новым отраслям, новым компаниям. Для этого лучше всего подходят выпускники системы образования. А вот тех, кто уже не сможет найти работу по специальности имеет смысл обучать новой. Поэтому искусственно задерживать школьников сегодня — не давать экономике перестроиться. Не говоря уж о том, что никто не знает, куда уйдет этот лишний год. Можно говорить о том, что образования у нас сейчас слишком мало, но это ведь не повод просто прибавлять год. Нужно найти для него полезные применения. Пока этого не видно.

С высшим образованием все еще серьезней. До кризиса расцвело бесчисленное количество ВУЗов с непонятным качеством образования. Пока у всех были деньги, это имело смысл. Сегодня, поддерживая эту неэффективную систему, мы опять же не даем стимула кому-то хоть как-то изменить свое поведение. Люди будут продолжать получть никому не нужные специальности в непонятных ВУЗах, а не искать себе полезную профессию. Мы уже много писали на эту тему, вывод всегда один и тот же: образование должно соответствовать спросу.

Точно так же в Америке банки пытаются заставить выдавать бессмысленные кредиты, хотя именно это вроде бы привело к кризису. Точно так же в России правительство помогает частным компаниям (от АвтоВаза до Норильского Никеля) без гарантий по реструктуризации. Деньги даются ровно тем людям, которые не сумели ими грамотно распорядиться. Для выхода из кризиса нужно не заливать огонь керосином, а искать первопричины и менять их.

Update: Как мне правильно подсказывают в комментариях, министр образования Фурсенко в интервью на Эхе говорит, что это всего лишь одна из идей, и он с ней не согласен. Так что не все так плохо.

Плата за обучение

Лента.Ру сообщает, что ректор МГУ Виктор Садовничий считает, что нужно ввести потолок цен на высшее образование. Я так понимаю, что при этом он выдвигает два аргумента: слишком высокие цены у нас и потенциальная конкуренция из зарубежа. Со вторым аргументом все просто. Не нужно вводить никаких искусственных ограничений. Если люди будут предпочитать обучение во Франции, то спрос на обучение в России упадет, а вместе с ним упадут и цены. Ни для кого не секрет, что рост цен на образование в последние годы объяснялся в основном спросом, потому что качество его не меняется. По крайней мере не так сильно.

А вот с первым аргументом трудно не согласиться. Стоимость образования в России действительно зашкаливает. Происходит это из-за странной системы, когда часть мест оплачивается из бюджета (причем в независимости от доходов семей студентов), а часть продается рыночным образом. В итоге получается, что сильный крен в сторону умных (тех, кто хорошо сдает экзамены и поступает на бюджет), и в сторону богатых (при прочих равных у них больше шансов оказаться в университете). Поскольку речь идет о государственных ВУЗах, то разумно спросить, а хотим ли мы как налогоплательщики такого крена? По идее, хотелось бы, чтобы доступ к образованию не особенно зависел от доходов. Иначе общество может слишком сильно расслоиться, что приведет к нежелательным последствиям. Но при этом, вряд ли кто-то будет протестовать против дискриминации в сфере высшего образования по умственным способностям, усидчивости другим подобным характеристикам.

Потолок цен делает образование более доступным для бедных, но создает другие проблемы. Во-первых, как всегда появится дефицит. Но на рынке образования он всегда есть и даже в какой-то мере необходим, так что этой проблемы можно и не заметить. Но главное, у ВУЗов пропадет стимул конкурировать друг с другом за самых богатых студентов. Конечно в России эта конкуренция не всегда принимает здоровые формы (когда ВУЗы конкурируют не качеством образования, а евроремонтами), но она необходима для хоть какого-то прогресса.

Конечно российскому образованию нужна глобальная реформа, но если мы хотим изменить только систему оплаты, то я на месте Садовничего предложил бы создать систему образовательных кредитов с государственным участием. Это помогло бы бедным получить доступ к образованию, но сохранило бы конкуренцию. Еще можно сделать плату за все места зависимой от доходов, а не только от результатов экзаменов. Это конечно не идеальный вариант, но по крайней мере он не сделает системе еще хуже.

Несовершенная конкуренция

После объявления первого призера на конкурс вдруг начало приходить больше интересных вопросов. Я пока не определился с количеством призов, но сегодня хочу объявить второго победителя. Им стал человек под псевдонимом sprite77 (если автор вопроса разрешит в комментариях, я с удовольствием раскрою массам его настоящее имя). Вот вопрос:

Многие говорят сегодня о рынке образовательных услуг высшего образования и о конкуренции на этом рынке.

При этом возникает два вопроса:

1. Все вузы оказывают образовательную деятельность по лицензии, в которой на основании данных о площадях вуза устанавливается предельный контингент численности учащихся — грубо говоря — максимальная возможная доля рынка данного вуза. Численность предельного контингента пересматривается раз в 5 лет при перелицензировании. Какова будет конкурентная мотивация вузов, если исключить реализацию образовательных услуг с нарушением лицензионных показателей. Как данное обстоятельство влияет на конкуренцию?

2. Государственные вузы реализуют часть образовательных услуг за счет бюджета. То есть у них есть гарантированный оплаченный спрос на их услуги. Эксперты говорят, что такое обстоятельство приводит к снижению эффективности и качества образования. Так ли это? Неужели негосударственные вузы более эффективно реагируют на изменения структуры спроса на рынке труда, и предоставляют более качественные образовательные услуги потому что у них нет буфера бюджетного финансирования. Как это связано?

Вопрос очень глубокий, так что заранее извинюсь за длинный ответ. Эта тема того заслуживает.

1. Действительно в образовании существуют ограничения по количеству поставляемых услуг. Конечно, когда эти ограничения исходят от государства, то это уже не совсем конкуренция, но даже на абсолютно свободном рынке университет не всегда мог бы спокойно брать больше учеников. Даже я бы сказал на свободном рынке ограничения были бы сильнее, потому что больше стимулов держать репутацию. Но это еще ничего не значит. Даже если допустить, что на рынке образования всегда дефицит, то это не значит, что университеты перестанут конкурировать друг с другом. Это происходит потому, что студенты далеко не идентичны, и университету не безразлично, кого брать. Поскольку модель Макдональдса здесь не работает (из-за тех самых количественных ограничений), то университет пытается конкурировать качеством, чтобы клиенты готовы были платить как можно больше за образование.

Тут может быть два варианта. Первый это вариант России, где частные университеты и школы занимаются в основном созданием комфортабельных условий для студентов, потому что для родителей качество обучения стоит не на первом месте. Второй это вариант Америки и других стран, где университетам приходится очень сильно работать над качеством образования, потому что хорошее образование стало престижным для богатых семей. Конкретно в Америке есть еще и другой мотив: хорошее образование делает студентов успешными, а они потом дарят университету деньги. Например, не так давно Чикагская Бизнес Школа получила 300 миллионов долларов от финансиста Дэвида Бута. Бизнес-образование конечно сильно отличается от обычного высшего, но на нем университеты тоже могут очень сильно заработать. То есть ограничение по количеству студентов не убивает конкуренцию, а только один из ее аспектов: университет не может позволить себе давать убогое образование, но всем желающим по низкой цене, что вообще-то только хорошо.

2. С бюджетным образованием есть две большие проблемы. Во-первых, оно заставляет платить за образование даже тех, кому оно не нужно через налоги, что в принципе не совсем честно. Но это тема для отдельного разговора. Во-вторых, бюджетная система, как она реализована сегодня во многих странах, включая Россию, действительно снижает эффективность. Как мы видели в ответе на первый вопрос, частным ВУЗам приходится очень сильно конкурировать друг с другом за получение денег студентов (тем или иным образом). Государственный ВУЗ знает, что его деньги гарантированы, а значит делать что-либо не обязательно. Государство конечно будет пытаться поддерживать стандарты, но университеты обычно умеют это дело обходить, да и стандарты будут поступать с задержкой. То есть при прочих равных у частного ВУЗа должно быть больше мотивов для прогресса. Другое дело, что «прочих равных» обычно не существует, потому что частные и государственные ВУЗы как правило находятся в очень разных условиях. То есть, отвечая на вопрос, конкуренция между ВУЗами хороша не столько тем, что позволяет им реагировать на структуру спроса, сколько стимулами для прогресса, в том числе научного.

Самая большая проблема рынка высшего образования в том, что общество не хочет что бы у богатых были преимущества в получении хорошего образования перед бедными. Платное образование как в России сейчас делает это невозможным. Совсем свободный рынок тоже не помогает. Выходом из этой ситуации может стать система образовательных кредитов. Например, в Великобритании правительство дает студентам возможность брать в банке долгосрочный кредит под очень низкий процент (на уровне инфляции). По идее таким образом бедные студенты могут платить за хорошее образование, если ожидают, что оно поможет им зарабатывать деньги в будущем.

В качестве неплохого среднего варианта между политически сложным свободным рынком и экономически неэффективной платной системой ученые часто предпочитают систему ваучеров. При ней к каждому студенту привязывается определенная сумма государственных денег, которую он может отнести с любой понравившийся университет, частный или государственный, по необходимости доплачивая из собственного кармана или за счет грантов и частных стипендий. Эта система оставляет субсидирование образования, но при этом дает ВУЗам серьезный стимул к развитию.

Если вы дочитали до этого места, то вы заслуживаете отдельного приза. Вместо него дам вам ссылку на еще один длинный текст на тему образования, написанный авторами Рукономикса больше трех лет назад. Кое-что в нем устарело, но прочитать все равно полезно. Наслаждайтесь.

Жертвы кризиса

Для полного перечисления всех результатов кризиса нужен отдельный блог, но некоторые стоит отметить и в нашем. Почему-то многие особенно в России до сих пор думают, что вот их-то кризис никак не коснется. Денег в акциях почти ни у кого нет (по сравнению с америкой), в финансовом секторе заняты единицы и так далее. На самом деле, шанс пострадать есть у всех. Вот, например, один из очевидных, но из-за этого не менее печальных результатов:

Банк «Союз» приостановил выплаты студентам, которые оплачивали свое обучение по программе «Кредо», мотивировав это финансовым кризисом. Во втором месяце семестра студенты-платники, которых официально ни о чем не предупредили, оказались под угрозой отчисления. В вузах эту информацию подтверждают. В банке внятных комментариев пока не дают.

Мне эту же информацию подтвердили знакомые клиенты этого банка. Вообще конечно странно, что банк имеет право так поступить со студентами, но когда денег нет, то их нет.

Не так уж много людей пользовались этими кредитами, но в итоге все они не получат или недополучат образования, что вероятно скажется на их карьере. Такие вот долгосрочные последствия.

Корни безработицы

В газете Коммерсантъ вышла интересная заметка о безработице среди российской молодежи. Для меня, например, было удивительно узнать, что несмотря на весь рост и доходы от нефти безработица для молодежи составляет 13.1%, что больше в два раза превышает средний уровень по стране. Интереснее всего конечно понять, откуда эта безработица берется и соответственно, что с этим делать. В частности ведомство со страшным названием Минздравсоцразвития утверждает, что на рынке труда нужно больше регулирования. Какого конкретно регулирования не уточняется, но мы и так найдем за что министерство можно покритиковать.

Вот, что говорится в статье:

В аналитической записке министерства указывается на перенасыщение рынка труда специалистами ряда профессий, а также на недостаточную подготовку по дефицитным специальностям. Несбалансированность образования и рынка труда приводит к тому, что в ряде отраслей ощущается недостаток молодых специалистов, а молодые люди часто работают не по профессии либо перебиваются относительно случайными заработками.

Это вряд ли будет сюрпризом для кого-нибудь. Из моих знакомых примеров очень много. По идее работа не по специальности не так уж страшна. Все равно знания, полученные в институте очень редко действительно помогают в работе (исключения, конечно, встречаются и их тоже много, но не большинство). Правда это немного противоречит нашим традициям, но и с этим можно смириться. Но данные говорят о том, что работодатели считают иначе.

Очевидно, проблема молодежной безработицы именно в несоответствии системы образования требованиям рынка труда. Что надо делать по логике? Менять систему образования. Об этом уже все говорили по тысяче раз. Сегодняшняя система за вычетом нескольких топ-ВУЗов (у которых тоже есть проблемы) создает столько неправильных стимулов для студентов и преподавателей, что странно, что выпускникам все же оказывается легче найти работу. Не хочу сейчас писать трактат на эту тему, хотя бы потому что много всего уже написано, но я бы выделил такие три главные проблемы: армия, коррупция и финансирование. Все они естественно между собой связаны.

И вроде бы столько всего можно было бы сделать, если внедрить даже самые базовые улучшения, но нет. Министерству легче зарегулировать рынок труда. А потом те же чиновники удивятся, когда в пригородах Москвы молодежь начнет жечь машины как это было пару лет назад во Франции.

О пользе бесполезной рекламы

Примерно полтора года назад мы с вами уже говорили о рекламе и ее месте в экономике. Напомню, тогда я рассказывал о роли неинформативной рекламы в создании у потребителей определенной социальной картины, которая им нужна, чтобы получать больше удовольствия от покупки. Но даже у самой бесполезной рекламы есть и другие плюсы, причем иногда чем бесполезнее тем лучше.

Представьте, что на рынке появляется новый товар. Например, новый стиральный порошок или новый журнал. Вы примерно можете себе представить, сколько вы готовы заплатить за хороший и плохой порошок или хороший журнал, но не знаете к какой группе отнести новинку. Цены вам в выборе вряд ли помогут, потому что на таких конкурентных рынках они почти не отличаются. Конечно, мало кто из нас будет серьезно задумываться о покупке порошка, но давайте представим, что мы очень рациональные люди или, что наш товар достаточно дорогой.

Скорей всего вы не захотите платить за товар неизвестного качества столько же, сколько заплатили бы за хороший. Если предположить, что хороший порошок вы оцениваете в 100 условных рублей, а плохой в 50, то за неизвестный товар вы захотите платить не больше 75 (если вам не нравится предположение рациональности, дорисуйте к цифрам несколько нолей). Производитель хорошего товара вам за 75 его продавать не захочет и в итоге, как в нашем любимом примере про подержанные машины, рынок может исчезнуть. Именно тут на помощь приходит бесполезная реклама.

Вдруг вы замечаете, что по всему городу развешаны плакаты с названием нового порошка, а по ТВ его рекламируют ваш любимый актер. Вы начинаете понимать, что хотя в рекламе ничего интересного про порошок вам не говорят, компания потратила на нее очень много денег. Из этого вы можете заключить, что компания жертвует сегодняшней прибылью в пользу завтрашней, а значит планирует завести с вами долгосрочные отношения. Что это значит? Скорей всего продукт не так уж плох, а значит за него можно заплатить и 100. Постепенно рекламы становится меньше, но вы уже знаете качество порошка по собственному опыту и она вам и не нужна.

Бесполезная реклама как и другие бесполезные траты в этом примере служит сигналом для потребителя, как образование служит сигналом для работодателя, а гарантия — для покупателей товаров б/у.

Экономическое образование

Lenta.Ru пишет:

Минфин подготовил программу по повышению финансовой грамотности населения, пишут «Ведомости». На эти цели будет выделено 100 миллионов долларов, из которых 90 возьмут из бюджета, а 10 займут на 15 лет у Всемирного банка. Финансовый ликбез рассчитан на пять лет и будет продолжаться с 2009 по 2014 год.

[…]На раздачу грантов региональным администрациям, вузам и компаниям, на которую выделят 42 миллиона долларов. На эти средства закупят учебники и откроют интернет-сайты, главным из которых станет большой финансовый портал с региональными разделами. В свою очередь, на поддержку образовательных спецпрограмм потратят 26 миллионов долларов.

Отдельной строкой по требованию Всемирного банка в программе прописаны расходы на повышение квалификации журналистов, предоставляющих гражданам информацию о рынках и финансовых услугах. На проведение соответствующих семинаров, где чиновники поделятся своим опытом с представителями прессы, выделено 4 миллиона бюджетных долларов.

О блогах пока ни слова. Жаль.