Футбол и институты

Как вы могли заметить, в последние недели Рукономикс перешел на облегченный режим. Хочу вас успокоить, это всего лишь результат сезона экзаменов. Скоро все закончится. А пока, вот, вам кое-что почитать.

Журнал СмартМани рассказывает, что насилие со стороны футболистов оказывается очень четко объясняется страной, из которой они приехали. Грубо говоря, футболисты из стран с большим количество войн, ведут себя на поле грубее. Честно говоря, я не поклонник подобного рода эконометрических рассчетов, но заранее судить тоже нехорошо, а ознакомиться с оригиналом статьи у меня пока времени не было. Предлагаю нашим читатлям высказывать критику в адрес авторов Шанкера Сатьяната и Эдварда Мигеля.

Вот мои предварительные опасения:

  • Учтен ли эффект дискриминации со стороны судей? Вполне возможно ведь, что футболистов из менее приятных стран просто напросто засуживают. Причем возможно такая дискриминация вполне рациональна (см. в том числе работы Роланда Фрайера)
  • Не объясняется ли насилие всего лишь особенностями чемпионатов, откуда приезжают игроки? Может в Либерии просто нельзя играть в футбол без нарушений, вот они и привыкают, а история страны влияет только косвенно.
  • Не связано ли это с проблемами выборки? Скажем, мы видим только одного из миллиона африканцев и при этом многие сотни Англичан, Итальянцев и так далее.
Возможно (и вероятно) ученые как минимум постарались учесть эти эффекты. Если да, то лично мне будет интересно узнать как (когда я найду время для изучения первоисточника). А какие еще подводные камни вы видите в такого рода анализе?

Порнография снижает насилие

Некоторые моралисты очень любят говорить, что порнография стимулирует сексуальное насилие. Логика в этом абсолютно понятная, но не бесспорная. Тот же аргумент часто применяют к компьютерным играм. Особенно после актов насилия, совершенных молодыми парнями. Тут можно вспомнить стрельбу в школе Колумбайн и резню в московской синагоге. В обоих случаях среди прочего обвинялись компьютерные игры. Но сегодня мы все же поговорим о порнографии.

Очевидно, что есть три возможных варианта. Первый, что порнография в том числе насильственная толкает людей на реализацию увиденного. Второй, что наоборот порнография служит заменителем (субститутом) реальности. И третий, что они друг с другом вообще не связаны. Экономист Тодд Кендэлл утверждает, что правилен ответ номер 2.

Его исследование достаточно оригинально. Очевидно, что порнография стала сильно дешевле (и в денежном и главное в неденежном смысле) с приходом интернета. Он взял данные по распространению интернета и сопоставил их с данными по насилиям, проконтролировав все остальные переменные. В итоге оказалось, что 10-процентное увеличение доступа к интернету снижает количество насилий в среднем на 10 процентов. Причем, с убийствами и другими преступлениями интернет не коррелировал. Как и предсказывал автор, корреляция была еще сильнее для людей, на которых увеличившийся доступ имеет больше влияние (молодежь, живущую с родителями).

Конечно, даже так это не точное доказательство. Как и любое эмпирическое исследование в общественных науках. Но с другой стороны, данные достаточно сильные, и просто не верить им нельзя. Надо искать причину такого результата. Я поставил выше ссылку на исследование, что бы вы могли сами этим заняться, если приведенная версия не кажется вам убедительной.

В основе феномена  лежит вполне простая экономическая теория. Если порнография и насилие действительно субституты, то снижение в цене одного влечет снижение спроса на другое. Можно предположить, что, если бы насилие перестало бы считаться аморальным, то снизилось бы потребление порнографии. Я немного писал про субституты и комплементы здесь.

По теме еще рекомендую наш старые посты про проституцию и про оральный секс, если вы еще их не читали.

via Greg Mankiw and David Friedman