Как правильно собирать налоги

Давным давно мы тут с вами несколько раз обсуждали, как же правильно собирать налоги. Сегодня в Слоне вышла моя новая статья на эту тему. Она в основном посвящена философского рода проблемам и в частности обсуждению предложения Грега Менкью:

СЛОН Философия налогообложения

Грег Мэнкью: «Люди должны получать то, что заслуживают. Может быть, средний учитель приносит больше пользы, чем средний банкир, но это не та польза, которая нас интересует»

Читать материал

2007-й в экономике: Налог на рост?

Это второй пост из нашей серии о новом в экономике за прошлый год.

Налоговая система почти всегда служит одним из главных поводов для споров в экономике. Причина в том, что вся имеющаяся у нас экономическая теория не дает четких ответов. Идеальной налоговой системы, видимо, не существует, но обычно экономисты указывают на несколько основных принципов налогообложения, заложенных в в том числе Нобелевскими Лауреатами Уильямом Викрей и Джеймсом Миррлисом. Логика основного принципа так называемого оптимального налогообложения примерно такая:

Налоги влияют на желание людей работать (меньше зарплаты). В идеале мы хотели бы как можно меньше снижать стимул работать, но в какой-то степени это делать приходится. Соответственно логично взимать больше налогов с тех людей, для которых стимулы падают не сильно. То есть, если мы можем как-то выделить характеристику людей, приносящую дополнительные доходы без дополнительных стараний, то мы должны ее обложить налогом. Например, по этой логике некоторые виды доходов облагаются отличными ставками. Да и стандартная прогрессивная шкала во многом основана на желании облагать людей согласно их уму или предпринимательским возможностям (то есть те самые характеристики).

Иногда что бы проверить теорию, как я уже писал, полезно попробовать довести ее до крайности и посмотреть останется ли от нее что-нибудь. Именно этим и занялись экономисты Грег Менкью и Мэттью Вайнзирл. Как мы уже писали, известно, что рост людей достаточно сильно коррелирует с доходами. При этом изменить свой рост почти невозможно. Согласно теории оптимального налогообложения, утверждают авторы, высокие люди должны платить больше.

Экономическая теория тут безупречна, но большинству из нормальных людей налог на рост кажется полным бредом. Авторы предлагают два выхода. Либо налог на рост действительно нужен и нам придется к нему привыкать, либо наоборот вся наша налоговая теория построена на ошибочных суждениях. Мне лично больше нравится второй вариант, хотя некоторые из радикальных экономистов и не против первого. Важно понимать, что в след за ростом можно написать такие же статьи про пол, вес, цвет кожи, возраст и так далее. А жить в обществе, где эти характеристики влияют на финансы почему-то не хочется, каким бы эффективным оно не было.

Нужен ли налог на наследство

Один из блоггеров в моей френдленте спросил своих читателей об их отношении к налогу на наследство. Вопрос действительно интересный. Налог на наследство (или как его еще называют «налог на смерть» отличается от большинства налогов на доход тем, что он по идее не влияет на стимулы работать и соответственно должен минимально снижать эффективность в экономике. Кроме того, политически налог на наследство очень выгоден, потому что платят его очень немногие обычно богатые люди. В теории этот налог должен очень хорошо служить уравнителем.

С другой стороны, как и с любыми налогом здесь есть существенные проблемы. Во-первых, непонятно насколько такой налог вообще полезен. Очевидно, что много с его помощью не соберешь, а отслеживать и собирать стоит денег. Более того у самых богатых людей всегда найдутся механизмы такой налог обойти. Сильнее всего он ударит по верху среднего класса, то есть по тем кто может оставить детям что-то ценой выше установленной планки, но ниже необходимого для оптимизации уровня. Хотя сейчас в России совсем мало таких людей, так что возможно разговаривать вообще не о чем.

Мне всегда более важными кажутся моральные проблемы. Я не могу для себя обьяснить почему часть вашего дохода, передаваемая детям должна повторно облагаться налогом. Фактически налог на наследство дискриминирует людей, которые сберегают свои доходы в пользу тех кто тратит. Богач, который покупает футбольный клуб, подводную лодку и особняк в центре Лондона будет платить меньше того, кто держит деньги в банке, инвестируя их в экономику. Вряд ли хоть один уравнитель может защищать такой исход.

К сожалению, обьяснить простым избирателям бесполезность такой близкой их сердцу идеи как налог на наследство очень сложно. Но комментарии в блоге Юрия вселяют надежду, что в России в этом смысле все не так страшно.

Ссылки по теме:
В американской блогосфере тема налога на наследство бурно обсуждалась примерно год назад. Рекоммендую прочитать пост Грега Менкью, где цитирует мнение нобелевского лауреата Эда Прескотта и приводит свое.

Не играйте с налогами

В последнее время, несмотря на обилие нефтяных доходов, отовсюду слышны предложения увеличить налоги. То Греф предложит вернуть прогрессивный подоходный, то выясняется, что нам уже придумали налог на недвижимость, а недавно депутат из Единой России Исаев предложил убрать регрессивность единого социального налога (ЕСН). С одной стороны власть можно похвалить за хотя бы показную экономическую честность. Они все-таки не тратят все доходы от экспорта сырья, а пытаются собрать деньги на свои нужды из нормальных источников. С другой стороны, это все равно их никак не оправдывает.

На мой взгляд, объясняется это все тем, что люди во власти чувствуют, что народ хочет от них хотя бы номинальных увеличений в госраходах, в пенсиях, в зарплатах бюджетников и так далее как результат высоких цен на нефть. Но доходы от нефти на это использовать нельзя. Поэтому мы провернем такую аферу: возьмем у одних людей чуть больше денег, взамен другим людям дадим чуть больше. И все будут спокойны. В электоральном смысле такая политика может и удачна, но экономически она вредит нашей стране.

Возьмем тот же ЕСН. Его делали регрессивным по вполне понятным причинам. Сколько бы не зарабатывал работник государственная помощь в его адрес будет ограничена сверху. Если, допустим, вы получаете миллион рублей в год, то государство не будет вам платить такой же процент пенсии как и человеку получающему в сто раз меньше. Богатые в процентах от зарплаты получают от государства меньше, соответственно и платить их заставлять нужно меньше. Регрессивность в случае ЕСН не только справедлива, но и эффективна. У работодателя снижаются стимулы платить зарплату «в серую». Статистика показывает, что после введения ЕСН сборы возросли, хотя ставки и упали. Большим компаниям, которые не могут себе позволить просто платить «в конвертах», стало дешевле платить налог, чем искать сравнительно легальные схемы его обхода. Повышение налога вновь заставит их уходить от налога. Не стоит думать, что сегодняшняя ставка взялась с потолка. Она приблизительно равна тому максимуму, который готов платить работодатель. Дальше услуги юристов-налоговиков становятся дешевле.

Самое обидное даже не в этом. Сегодня, как известно, существует большой спрос на так называемый аутсорсинг разнообразных функций в основном на IT-рынке. Россия одна из стран, способных на этом крупно выиграть. Сейчас нас опережают Индия и Китай. Так вот, представьте себе большую западную компанию. Ей нужно где-то разместить свой новый исследовательский центр. При этом ей не хочется заниматься сложной оптимизацией налогов. Естественно, чем выше наш ЕСН, тем менее привлекательна Россия в качестве поставщика аут-сорсинга. Для бюджета это вряд ли большая сумма, то есть депутатам рационально наплевать, но за будущее экономики заранее обидно.

Таким образом, я бы не советовал нашему правительству слишком увлекаться играми с налогами. Лучше уж пусть не увеличивают расходы. Или оптимизируют их. А то уже разговоры о смене налоговых законов наносят стране в перспективе очень много вреда.

Гайдар vs Фридмен

Егор Гайдар написал новую статью на этот раз почему-то в МН. Он там в основном рассказывает все то же самое, о чем подробно писал в своей последней книге, которую я всем очень рекомендую, но добавляет и кое-что новое в конце про налоги:

Сам участвовал в совещаниях, проходивших в Правительстве РФ, где обсуждались вопросы налоговой политики после реформы 2000-2002 годов. Слышал аргументы в пользу того, что снижение налоговых ставок оказало столь очевидно благоприятное влияние на российские финансы, что эту политику стоит без промедления продолжить. Снизить ставку налога на добавленную стоимость, единого социального налога. Такие решения были приняты. Рост собираемости налогов за ними не последовал. Сейчас обсуждаются дополнительные меры по снижению базовых налогов, в наименьшей степени зависящих от конъюнктуры рынка нефти и газа. Серьезными решениями по снижению государственных обязательств подкреплять их, похоже, никто не готов. Вера в кривую Лафера* становится в российской политической элите чем-то похожим на 11-ю заповедь Моисея.

Гайдар говорит, что снижать налоги дальше опасно. Милтон Фридмен, наоборот, говорил, что он поддерживает снижения налогов в любой ситуации под любым предлогом. При этом оба вроде бы либеральные экономисты. Но тут мне кажется важно правильно обоих понимать.

С Фридменом все ясно, а вот почему против снижения налогов выступает Гайдар? Мне кажется, логика тут такая. Если сейчас снизить ставки, то упадут сборы и соответственно доходы бюджета. Но на расходы это влияния не окажет, просто один источник средств (подоходные налоги) будет заменен на другой (доходы от госпредприятий, доходы от налогов с прибыли, пошлин и тп), причем другой будет очень тесно связан с ценой на нефть и другие экспортные товары. Соответственно бюджет станет, во-первых, более независимым от реального роста, во-вторых, слишком зависимым от неконтролируемых и очень изменчивых факторов. То есть Россия может превратиться не в Норвегию, а в Саудовскую Аравию. С политической точки зрения это тоже плохо, потому что если государство существует не на налоги граждан, то и граждане от государства многого требовать не могут. В долгосрочной перспективе мы получим очень нестабильную и неэффективную бюджетную политику. Нестабильную, потому что цены на нефть нестабильны, а неэффективную, потому что нет стимула быть эффективным, когда деньги берутся «ниоткуда».

Соответственно, если я правильно понимаю Егора Тимуровича, снижать налоги может и хорошо, если только не переходить при этом на доходы от природной ренты. Тут Фридмен бы был с ним солидарен, потому что в полной версии знаменитой цитаты он говорит, что главная проблема не налоги, а именно госрасходы.

*Для интересующихся кривая Лаффера это популярная экономическая модель налогообложения, которая утверждает, что снижение налоговой ставки в определенной ситуации может привести к увеличению сборов.

Налоги и орда

Ректор АНХ Владимир Мау написал в газете Ведомости важную статью, где он выдвигает еще один аргумент в  пользу плоской шкалы подоходного налога в России:

Исключительно важным фактором при создании налоговой системы является соблюдение долгосрочных культурно-исторических традиций страны. В большинстве стран Западной Европы и Северной Америки сложилась мощная, уходящая корнями в прошлое система “демократии налогоплательщика”. Она основана на своеобразном контракте налогоплательщиков (в истории это не всегда было все население) с государством: мы обеспечиваем вас деньгами, а вы нас — набором услуг (политического, военного, социального, экономического характера). В такой системе взаимоотношений вполне естественна дискуссия-торг — если государство получает больше отчислений, то оно предоставляет услуги, большие по объему или более высокого качества, а если больше средств остается у налогоплательщиков, то они, соответственно, меньше ожидают от родного правительства. Это грубая схема, но суть ситуации она выражает вполне адекватно.

В силу ряда исторических причин “демократия налогоплательщика” в России не возникла. По моему мнению, отношение к налоговой системе в нашей стране уходит корнями в татаро-монгольскую эпоху, когда раз в год в русские города и села приезжали баскаки для получения отчислений (дани) ордынскому хану. […]

[…] Здесь тоже налицо услуга государства, но только одна — получить свое и не требовать больше поборов в течение года. Налоги в этом случае — это плата татарскому хану (или государству) за невмешательство в дела жителей. Бессмысленно обсуждать, надо ли платить больше или меньше, — разумеется, меньше, поскольку услуга только одна и не зависит от цены. При таких обстоятельствах никакой торговли вокруг движения ставки вверх или вниз быть уже не может: ставка должна быть как можно меньше, но такой, чтобы хану до следующего года средств хватило. Если здесь и возникает торг, то со стороны плательщика только в одной форме — утаивать добро от сборщиков дани.

Дальше Мау показывает, что, если принять его гипотезу, то очевидно, что России нужна как можно более простая, низкая и «честная» налоговая система (честная в том плане, что она собирает столько, сколько говорит). С этими выводами легко согласиться, но вот сам изначальный посыл не очевиден. Ясно, что он не обоснован экономически, и возможно даже противоречит модели рационального поведения, но в принципе звучит логично. А вы что думаете?

Ссылки по теме:

Нужны ли прогрессивные налоги?

Еще один интересный вопрос от нашего читателя:

Добрый день!

Прокомментируйте, пожалуйста, в некотором смысле популистическую меру — прогрессивную шкалу подоходного налога. По моим ощущениям, вместо того, чтобы сократить разницу между бедными и богатыми, она за счет высокой ставки создаст просто еще больше бедных (и расширит рынок обналички).

Спасибо

Проблема это действительно важная и очень старая. Сразу скажу, что среди экономистов нет единого мнения насчет того, какой должна быть система налогообложения стране. Идеальные налоги, которые представляли бы из себя одноразовые выплаты сумм, специально вычисленных для каждого человека(так называемые «налоги Линдаля»), нам все равно недоступны, поэтому что бы сказать какой из остальных несовершенных методов лучше, нужно сначала определиться с моральными критериями слова «лучше». Экономика как наука не может дать ответ, что лучше «равенство» или «справедливость» или «эффективность». Каждый человек в принципе должен иметь свое мнение на этот счет, а экономисты могут только помочь найти наилучшую реализацию той или иной общественной цели.

Прогрессивные налоги представляют из себя реализацию общественной установки на «равенство». Действительно, обычно такие налоги, как показывают подсчеты, снижают неравенство в доходах (разницу между бедными и богатыми). Если у вас равенство стоит одной из главных целей в обществе, то прогрессивные налоги, действительно, лучшее решение. Но у них есть и много проблем, о которых часто забывают.

  1. Моральные проблемы. Решение о системе налогов принимают одни, а платить большую их часть в основном будут другие. С экономической точки зрения это не оптимально, а с моральной не честно. Совершенно непонятно, почему некоторые граждане должны платить больше только потому, что они больше зарабатывают. Они же не получают от государства больше услуг (как правило наоборот), не берут у государства больше прав. Конечно, можно сказать, что богатые готовы платить за получаемые услуги больше (у них выше «теневая цена»). Скорей всего это так, но мы не имеем права использовать этот аргумент пока он не проверен.
  2. Технические проблемы. Известно, что налоговая система должна быть как можно проще. В этом смысле прогрессивные налоги сильно проигрывают плоской шкале. Но самая большая проблема состоит в уходе от налогов. Высокая ставка повышает стимул избегать налогов. Это могут быть серые зарплаты, эмиграция и прочие оптимизационные находки. Почти в любой стране, если человек достаточно богат, его бухгалтер сможет найти легальный способ платить намного меньше налогов чем надо. Если этот эффект будет серьезным (как, например, в России), то расслоение может только усилиться, потому что бедные люди будут свои налоги платить.
  3. Идеологические проблемы. Например, высокие прогрессивные налоги снижают стимул работать у самой продуктивной части общества, что не может быть хорошо для экономического роста. Кроме того, исследования уровней счастья, показывают, что по этому показателю мы намного равнее. Соответственно нет нужды для такого уж сильного перераспределения.

Аргументы за и против прогрессивной шкалы можно перечислять до бесконечности. Мое мнение нашим постоянным читателям уже известно. Но надо помнить, что любая дискуссия о них должна начинаться с принятия отнюдь неочевидного приоритета для равенства. Если вы не считаете, что общество должно ставить себе такую цель, то даже и думать о прогрессивных налогах не имеет смысла, а аргументов так не считать хоть отбавляй, но я думаю, что вы с ними хорошо знакомы.

Для новых читателей: тема налогов у нас уже подробно обсуждалась. Если интересно пройдитесь по постам с соответствующим тэгом.

В защиту Microsoft

Совершенно неожиданно получила широкое распространение история про преследование сельского учителя за использование нелегальных копий операционной системы Windows. В России этот процесс конечно выглядит смешным, потому что все отлично знают, что легальных копий той самой системы в стране очень и очень мало. Но на фоне этой странной истории проявились очень специфические отношения к системе авторского права вообще и компании Microsoft в частности. Дошло до того, что в дискуссии решил поучаствовать известный не с самой лучшей стороны совсем в другой области публицист Егор Холмогоров. Мнение Холмогорова для меня интересно не само по себе, а как сборник очень типичных заблуждений, так что есть смысл его откомментировать.

Начнем правда с того, что среди экономистов нет единой точки зрения на закон об авторском праве. Действительно, с одной стороны копирайт дает очень сильный стимул для инноваций. С другой стороны — как только инновация введена копирайт часто мешает ее дальнейшему развитию. Владелец копирайта может мешать другим создавать что-то на платформе его изобретения, хотя это явно выгодно для общества. В этом, кстати, часто обвиняют Microsoft. Насколько я понимаю, радикальной точки зрения о необходимости полной отмены патентов придерживается только малая часть экономистов. Но сегодня мы говорим все же не совсем об этом. Итак, перейдем к Холмогорову:

Право «Майкрософт» продавать свой монопольный продукт по той цене, которая для большинства мира и большинства людей является непосильной – более чем сомнительно. Люди просто не могут купить систему дешевле.

На самом деле, право Майкрософта продавать продукт по той цене, по которой ему хочется не только несомненно, но и полезно для нас. Потому что, если допустить, что Майкрософт бы заставили продавать Виндоуз дешевле, то можно легко представить, какой бы продукт мы получили на выходе. Виндоуз и так не блещет, а если бы компания тратила на него еще меньше денег, то он бы стал совсем невыносимым.

Кроме этого, хотя Майкрософт и является де-факто монополистом, никто не заставляет вас покупать его продукцию. Конкуренты у Майкрософт есть и их операционные системы по качеству вполне можно сравнить с Виндоуз. Дело в том, что на рынке операционных систем сравнительно низкие входные барьеры. Не так уж много нужно инвестировать, что бы создать приличную операционную систему, как показывает пример Apple. Соответственно если бы Microsoft срывал такие уж серьезные сверхприбыли, то другие компании вошли бы на рынок. Наоборот известно, что Microsoft не зарабатывает большую часть своей выручки на Виндоуз. Потому что этот рынок очень легко захватить. А наживается компания на дополнительных продуктах к Виндоуз, прежде всего офисных приложениях. В общем, я бы на месте любого государства не регулировал цены Майкрософта, а то может оказаться, что ему дешевле уйти из этой страны насовсем (таким решением угрожала Apple Франции, когда ее пытались заставить продавать песни iTunes не только для iPod’ов).

Во всяком случае – эти проблемы мирового монополиста никак Российского государства не должны касаться, тем более, что никаких выгодных казне сверхналогов за право продавать легальные программы Майкрософт в России не платит. И на каком основании пермская прокуратура пытается поставить крест на компьютеризации российских школ, совершенно непонятно.

Вот тут Холмогоров совсем ошибается. Как и любая другая компания Майкрософт в России платит налоги. Это и НДС (частично оплачиваемый покупателями), и корпоративные налоги, и подоходные налоги всех работников Майкрософта в России. Причем часть из перечисленных налогов напрямую зависит от цены Виндоуз и прибыли компании. Но даже те, что не зависят, полностью исчезают из казны, как только начинается пиратство. Потому что пираты как раз налогов не платят. Соответственно для российского правительства Майкрософт по объективным причинам друг, которого надо защищать по возможности. И история с сельским учителем была бы очень логичной, если бы не была настолько выдуманной в условиях тотального пиратства. Россия не преследует пиратов, не потому, что ей это не выгодно, как считает Холмогоров, а потому, что это не выгодно конкретным людям на местах.

А вот что правда печально, так это то, что у нас так и не развился нормальный благотворительный механизм, по которому школы и так могли бы получать компьютеры и ПО.

Миграция как показатель уровня жизни?

Одна из важных проблем в экономике — как сравнивать. Экспериментов у нас практически нет, поэтому объективно понять, стало ли определенному человеку или стране в целом лучше или хуже от определенной реформы или смены внешних условий, достаточно сложно. Например, если нужно посчитать стало ли хуже от смены цен. Можно провести опрос, но, во-первых, нельзя проверить честны ли опрашиваемые, во-вторых, нельзя количественно измерить эффект и, в-третьих, трудно делать это постоянно. В 1938 подход для решения дилеммы предложил тогда еще молодой экономист в Гарварде Пол Самуэльсон. Этот подход называется «выявленные предпочтения» (с англ. revealed preference) и представляет из себя интуитивно простую, но очень строгую систему оценки. Грубо говоря, если вы при прочих равных тратите свои деньги на бананы, а не на апельсины, то значит вы предпочитаете бананы. Звучит тривиально, но не всегда все так очевидно. Те, кто хочет про миграцию, переходите сразу к последнему абзацу. Середина будет интересна тем, кто хочет понять идею подробне.

Например, правительство предлагает ввести налог на бензин, доход с которого полностью будет возвращаться потребителям. Такие предложения действительно испытывались в Америке. Давайте для простоты представим, что человеку возвращается ровно столько налога, сколько он заплатил (то есть, мы говорим о среднем потребителе). Цена бензина уже выросла и даже с возвращенным налогом человек не может купить столько же бензина, сколько он хотел до реформы. Вместо этого он покупает (может быть) чуть больше других товаров. Цель правительства была опустить потребление бензина (на это может быть много причин), но не сделать потребителю хуже. Выявленные предпочтения и только они дают понять, что потребителю стало хуже и насколько хуже. Состояние человека не изменилось, он только немного сменил свою потребительскую корзину: в ней теперь чуть меньше бензина и чуть больше условных «других товаров». Для большинства автолюбителей, каковыми в Америке является очень много людей, это будет явное ухудшение, потому что они станут потреблять корзину, которую могли позволить себе и раньше, но предпочитали ее той исходной, которую отнял налог. На графике внизу, такие потребители переместятся из точки A в точку С. Кривые линии (кривые безразличия) показывают предпочтения потребителей, и видно, что А предпочитается C (потому что находится на верхней кривой)

Рисунок с сайта Economist's View

Кому-то, кто потребляет сильно меньше среднего уровня бензина, наоборот, может стать лучше, потому что они станут потреблять более предпочитаемую ими корзину. Для таких потребителей точка А должна лежать левее пересечения старой и новой бюджетных линий (жирные прямые линии на рисунке, старая — более пологая). Многие правда говорят, что даже потери первой группу перекрываются выигрышем общества от улучшенной окружающей среды и других вещей.

Зачем я рассказываю это все? С одной стороны, просто интересная идея, а с другой у меня есть одно провокационное предложение по ее использованию. Мне будет очень интересно, что вы о нем думаете, потому что пока я сам не решил, правильно ли оно. Итак, можно ли считать миграцию между странами проявлением тех самых выявленных предпочтений? Другими словами, можно ли, посмотрев на миграцию людей из одной страны в другую, сравнивать уровни жизни? С одной стороны иногда кажется, что это так. Например, можно вспомнить массовую иммиграцию из позднего СССР, Китая, Мексики, Кубы, Турции и так далее. С другой — очевидно, что есть масса контр-примеров вроде людей, переезжающих на пенсию в не очень комфортную, но приятную страну, людей, преследующихся на Родине, людей, обладающих определенными узкими навыками, и так далее. Они безусловно переезжают, что бы улучшить свой уровень жизни, но это их пример нельзя экстраполировать на всю страну. Но если уезжают из страны А в страну Б, причем массово, люди со средними доходами без особых отличительных черт, то можно ли это использовать как сравнение качества жизни (в нашем случае в пользу страны Б)? Такие сравнения будут объективнее чем имеющиеся сейчас, хотя их и придется проводить попарно.

К дискуссии о налогах

Если помните, недавно я тут писал про то, что Герман Греф хочет вернуть Россию к прогрессивной шкале и почему это может быть плохо. Сегодня в своем комментарии один из самых известных экономистов «международников» Кеннет Рогофф (Гарвард) коснулся и этой темы:

Но, честно говоря, нефть – это не вся история. Большинство экономистов выступают за то, чтобы богатые страны заменили свои сложные и устаревшие налоговые кодексы на низкий налог, взимаемый по единой ставке, и они глубоко сожалеют о том, что так мало стран опробовали данную схему. Путин, однако, осуществил такую политику уже несколько лет назад, и результат оказался почти феноменальным.