Не пытайтесь повторить это дома

Не знаю, читает ли еще хоть кто-нибудь наш блог, но на всякий случай хочу поделиться тут своей недавней статьей на Слоне про Уоррена Баффета.

Небольшой отрывок для завлечения:

Последние годы, а может быть, и дольше Баффетт активно эксплуатирует свои огромные финансовые возможности и репутацию (Apple стоило прислушаться к его советам). Ему предлагают сделки, недоступные обычным инвесторам, – просто потому, что он Уоррен Баффетт. Партнеры согласны идти на переговоры с ним, потому что одно его имя может превратить сделку в успешную. Понятно, что нормальному инвестору надеяться на это не стоит.

Мне, конечно, возразят, что Баффетт не всегда был так известен и так богат. Действительно. Но компьютерные симуляции показывают, что в большой группе инвесторов кто-то вроде Баффетта должен появиться просто по закону больших чисел. Представьте себе огромный турнир по игре в орла/решку. У победителя будет столько правильных отгадок, что многим покажется, что он обладает особенным талантом угадывать правильную сторону монеты. Похожим образом обстоит дело и с Баффеттом. Мы не можем утверждать, что ему просто повезло. Но трудно доказать и обратное.

 

Знаю, что многие будут со мной несогласны, но это традиционный взгляд финансовой теории.

А бывает и так

Некоторые товарищи в дискуссиях очень любят ссылаться на Уго Чавеса и его якобы успех в Венесуэле. Особенно это касается людей левых и так называемых «патриотичных» взглядов. Чавес дескать строит настоящий коммунизм, не боясь Америки и прочих недругов. На поверку оказывается, что картинка не так красива. Вот один из недавних примеров.

В своем еженедельном ток-шоу Чавес обрушился на европейских молочных гигантов Нестле и Пармалат (+по-русски). Ему кажется, что они выживают с рынка его государственные заводы по переработке молока, а значит надо их срочно отнять. На вид крепкий хозяйственник защищает интересы своих жителей в молоке по низкой цене. Что же произошло на самом деле?

Сначала Чавес заморозил цены на молоко (ничего не узнаете, кстати?). Потом, когда компании по естественным причинам сократили поставки (этому учит самый первый урок экономики — ограничение цены вызывает дефицит), он решил заняться переработкой молока за деньги государства. Тут сработал второй из азов экономики: государственный завод не смог эффективно конкурировать с частниками, и никто не захотел продавать ему молоко. Даже попытка немного поднять потолок цен не спасла ситуацию, но Чавес не сдался и сотворил третий идиотский поступок, выступив с угрозой национализации.

Пока мы можем лишь прогнозировать, что случится, но если экономическая наука продолжит работать и в Венесуэле, то западные компании перестанут инвестировать в производство. Тогда поставки молока сократятся еще больше. Но наверняка ведь и в этом будут замешаны злые агенты Джорджа Буша или еще там кого-нибудь, не так ли, Уго?

А в результате в богатой нефтью, красивыми девушками и веселыми парнями и во всех отношениях перспективной стране людям банально не хватает молока. Такой вот коммунизм.

Еще интереснее, что те же проблемы уже начинают проявляться в России, и, к сожалению, государство борется с ними такими же топорными методами.

via Борис Львин

Инвестиции: национальные vs. международные

Продолжаем отвечать на вопросы. Вот один из них:

Почему многие экономисты, особенно состоящие на госслужбе, так подозрительно относятся к иностранным компаниям и иностранным инвестициям? Откуда эта святая вера в то, что «национальный капитал» априори эффективнее? Почему инвестиции определяются типично чиновничьей формулой «Их надо всячески поощрять. Но в меру». Эти экономисты вечно пугают тем, что «транснациональный капитал скупит российскую экономику» — но ведь он же,купив что-то, не увезет в далекие края, все эти купленные предприятия останутся в России. Почему в Эстонии приватизация проходила с упором на продажу предприятий иностранным компаниям — и ничего, Эстония сейчас один из лидеров Восточной Европы и по экономическому росту, и по достигнутому уровню развития…

Есть сразу несколько причин, по которым экономисты и особенно в правительстве могут предпочитать национальные инвестиции. Некоторые из них вполне разумные, другие — просто выгодные в электоральном смысле. Основной аргумент в том, что если инвестиции внутренние, то и прибыли останутся в нашей стране. Соответственно в нашей стране с этих прибылей будут уплачены налоги. И значительная часть этих денег тоже будет потрачена внутри страны. В итоге появятся новые рабочие места, вырастет уровень жизни и так далее. Правительству безусловно это выгодно. Не говоря уж о том, что сама идея «оставлять прибыли внутри страны» безумна популярна среди избирателей. Поэтому при прочих равных неудивительно, что государство предпочтет своего инвестора. Кроме того, с таким инвестором всегда проще договориться о возникших проблемах.

Проблема в том, что «прочих равных» почти не бывает и иностранные инвесторы часто предлагают более выгодные условия, чем российские. Например, за приватизацию 90-х годов можно было бы наверняка выручить больше денег, если бы предприятия продавались иностранным компаниям, как это сделала Эстония. Да и использовать полученные активы иностранные компании возможно могут лучше. У них как правило есть передовые технологии, опыт и совсем другие финансовые возможности. Домашние инвесторы международного уровня если и достигнут, то совсем не так быстро. Увеличившийся размер инвестиций кстати тоже создает дополнительные, хоть и менее очевидные, доходы для государства и населения в целом. То есть, разрешая иностранные инвестиции, мы получаем в среднем более эффективную и большую по размерам индустрию. Конечно часть прибыли уйдет за рубеж, но у нас останутся технологии, рабочие места, улучшенный выбор и так далее. Кроме того, хотя некоторая часть из прибылей, полученных в нашей стране, и будет расходоваться внутри ее, сбережения будут делать там, где это выгоднее. Если мы говорим о России, то заметная часть доходов будет потом переведена в другие страны из банальных соображений выгодности. Если говорить об Европе или Америке (где разговоры о запрете иностранных инвестиций тоже совсем не редкость), то там этот эффект будет слабее.

Есть и стратегический аргумент. Некоторые считают, что отдавать свои индустрии иностранцам нельзя из-за возможности войны. В этом случае мы конечно можем отобрать важные для нас производства, но совсем не факт, что мы сможем ими управлять. В этом плане Россия сильно отличается от Эстонии. Большинство объектов для приватизации у нас именно стратегические: сырье, оборонная промышленность и так далее.

Это конечно упрощенный анализ. С одной стороны его можно углубить тем, что посмотреть более пристально на теорию инвестиций, когда они нужны и какие от них эффекты. С другой — можно поговорить о политике. Почему некоторые экономисты и чиновники говорят не всегда то, что думают. Многие из них наверняка понимают, что западные инвестиции не так вредны, как может показаться, но сказать об этом не решаются, потому что для медианного избирателя в большинстве стран это неприемлемо. На самом деле, во многих развивающихся и даже развитых странах наоборот ведется очень активная политика по привлечению иностранного капитала. Тут можно вспомнить Китай, Индию, Ирландию и многие другие. В России тоже иногда этим идея пытаются следовать, но на деле в «большие» индустрии иностранцев пускают очень и очень неохотно. Иногда государство можно понять; если оно хочет ценой временных потерь построить в стране собственную конкурентоспособную отрасль, то в этом нет ничего плохого. Но чаще защищают старые фактически бесперспективные отрасли, которые никогда не смогут конкурировать.

Всем, кому интересно более подробно ознакомиться с экономикой иностранных инвестиций, советую посмотреть статьи на эту тему в Google Scholar. Определение и разновидности можно найти в Википедии