Необычные лауреаты

По разным причинам я слишком давно ничего сюда не писал, но надеюсь, что теперь собираюсь снова начать писать регулярно. А пока в Слоне можно прочитать мой пост про лауреатов Нобелевской Премии 2009-го года по экономики Элинор Остром и Оливера Уильямсона:

СЛОН Оптимальные решения в экономике и в премировании

Сегодняшние регуляторы в развитых странах стараются учитывать уроки институционализма и не принимать решения, руководствуясь сугубо микроэкономической теорией

Читать материал

В качестве бонуса: до понедельника я, как и многие, никогда даже не слышал об Элинор Остром. Но ровно через пять минут после прочтения о вручении премии, читая учебник я наткнулся на ссылку на ее статью. За пределами экономики она была очень известна, и то, что мы ничего о ней не знаем, плохо говорит об экономике и хорошо о нобелевском комитете.

Путин vs Кейнс

Financial Times рассказывает:

Вчера российский президент Владимир Путин призвал радикальным образом пересмотреть состояние мировых финансовых и торговых институтов, с тем чтобы отразить рост экономической мощи стран с развивающимися рынками – в том числе России.

По словам Путина, миру требуется новая международная финансовая архитектура, поскольку существующая модель стала «архаичной, недемократичной и неповоротливой».

Этот открытый демарш против западного господства в мировой экономической системе произошел на форуме в Санкт-Петербурге, который был призван стать витриной экономического возрождения России.

Под мировыми финансовыми институтами можно понимать многое, но традиционно этим термином называют три организации: Всемирный Банк, Международный Валютный Фонд и Всемирную Торговую Организацию. Первые две можно отдельно назвать бреттон-вудскими институтами в честь города, где в 1944-м было подписано соответствующее соглашение. Одним из главных идеологов такого устройства мира часто называют Джона Мейнарда Кейнса, поскольку он был в то время не только одним из самых влиятельных экономистов, но и входил в британскую делегацию на конференции, где, по рассказам, сумел очаровать политиков с дипломатами.

Сегодня роль международных финансовых институтов резко поменялась. Во времена Кейнса они были нужны для органичного развития развитых стран, в основном послевоенной Европы. Сегодня им эти организации практически бесполезны. Всемирный Банк стал заниматься в основном странами третьего мира, ВТО стала малорелевантной, когда в нее вступили почти все, но самая интересная история, пожалуй, у МВФ.

Сначала фонд занимался координированием мировых обменных курсов в рамках золотого стандарта, но после отхода от этой системы в 1971 начал тоже помогать разивающимся рынкам. Помощь эта была связана с очень агрессивным насаждением определенных рыночных и демократических идей (то, что позже стали называть Вашингтонским Консенсусом), но даже когда идеи сами по себе были возможно и неплохи Фонд часто не обращал внимания на их несовместимость с конкретной ситуацией в стране. В итоге лекарство иногда было хуже болезни. Страны Латинской Америки, Юго-Восточной Азии и Россия еще долго будут в страшных снах вспоминать свое общение с МВФ, хотя им и руководили такие известные экономисты как Стэнли Фишер, Энн Крюгер и Кеннет Рогофф. В итоге, когда развивающиеся страны начали богатеть, они первым делом стали создавать стабфонды и прочие резервные корзины с единственной целью избежать ситуации, когда придется занимать у МВФ. Через какое-то время без займов МВФ остался без серьезной работы и с дыркой в балансе. В результате в прошлом году было принято решение о серьезной реорганизации Фонда.

Критика Владимира Путина в адрес финансовых институтов во многом верна. Они действительно недемократичны и неэффективны. Но совершенно непонятно, с чего вдруг Путин о них вспомнил. Сомневаюсь, что он так уж о них переживает. В конце концов, России кроме ВТО эти организации даже не особо нужны. Путину понравилось последнее время защищаться атакой. Вот он и решил, предваряя неприятные дискуссии о том почему процесс с ВТО длится уже так долго, сказать что-то вроде «а не очень-то нам и надо». В общем даже не самый глупый дипломатический ход, но все-таки смешно слушать обвинения в недемократичности и неэффективности в адрес даже таких смешных структур как МВФ и ВБ из уст человека, который  последовательно делает эти два слова синонимами российской экономики.

Неожиданные связи

Интересно, что в последнее время чем дальше тем больше экономическая теория выходит за стандартные рамки учения Адама Смита, и ее инструменты находят применение в самых разных вопросах, от борьбы сумо до описания поведения наркоторговцев. Недавно я наткнулся на очередной весьма интересный пример. Российский экономисты Константин Сонин и Сергей Гуриев совместно с гарвардцем Георгием Егоровым разработали модель, которая демонстрирует возможную причинно-следственную связь между высокими ценами на нефть и ограничениями свободы слова. Читать далее