Экономика и эксперименты

Разбирая присланные на наш волшебный почтовый ящик вопросы, нашел вот такой:

Здравствуйте,

меня очень интересеут следующие вопросы:

1. Каких успехов добилась экспериментальная экономика на данный момент?

2.Развивается ли сейчас это направление?

3. И за что именно дали нобелевскую премию Вернону Смиту  и Канеману,

4 . А также почему учебник по экспериментальной экономике(The Handbook of Experimental Economics, ) пишет именно  Альвин Рот, а не Верно Смит?

Сначала небольшое предисловие: Одной из отличительных черт экономики как науки часто называют невозможность проводить эксперименты. В макроэкономике это почти всегда так, и поэтому проверять гипотезы можно только очень косвенными методами через статистику. Но в некоторых областях нашей науки, как оказалось, можно использовать и банальные эксперименты. К сожалению, и тут ситуация намного сложнее чем в какой-нибудь физике. Основная проблема в выявлении экономических закономерностей в том, что как правило люди подвержены сразу десятку разных стимулов и выявить конкретные первопричины оказывается очень сложно. Более того, далеко не факт, что выявленные в эксперименте эффекты можно экстраполировать на повседневную жизнь. Тем не менее на одном месте экспериментальная экономика не стоит.

Теперь начнем по порядку.

1. С успехами дела обстоят сложно. С одной стороны, ученые смогли провести удачные «опыты», демонстрирующие работоспособность многих экономических законов. Тот же Вернон Смит еще в 50х-60х годах показал, что на урощенном рынке действительно очень быстро появляется та самая мистическая рыночная цена, к которой приходят большинство сделок. Сегодня его эксперименты часто используют в виде игр на начальных курсах по экономике, что бы наглядно показать студентам, как работает рынок.

С другой стороны, множество ученых использовали эксперименты ровно в обратном направлении, показывая несостоятельность некоторых предпосылок экономики. Среди них были и Дэниэль Канеман с Аммосом Тверски и более молодые ученые вроде Джона Листа. Лист кстати провел один очень интересный эксперимент, где показал, что нерациональность в экспериментальной обстановке вовсе не значит то же самое в реальном мире. Интересных статей в экспериментальной области сейчас уже очень много, и рассказывать о каждой не хватит места, так что рекомендую прочитать новую книгу Тима Харфорда Logc of Life, где многие из них очень удачно описаны.

Успехов вроде бы много, но реальную ценность экспериментов, как мне кажется, оценить пока сложно. К сожалению, ученые часто пренебрегают действительно серьезными проблемами, что бы провести красивый эксперимент. Но возможно из этого направления выйдет что-то очень полезное, например, ученые используют эксперименты, что бы выявить лучшие из способов помощи развивающимся странам.

2. Сейчас экспериментальная экономика можно сказать на пике. О ней пишут кучи популярных книжек (тот же Харфорд, Фрикономика и тд), статьи из этой области постоянно освещаются в газетах и блогах, ученые вроде того же Листа пользуются даже слишком большой популярностью. Мне это не совсем нравится, потому что за красотой эксперимента экономисты начинают забывать о действительно важных проблемах, где на практике ничего не докажешь и на страницы NY Times не попадешь.

3. Вернон Смит провел серию достаточно примитивных экспериментов, еще в молодости, которые показали, во-первых, силу самого экспериментального метода в экономике, а, во-вторых, работоспособность некоторых экономических предпосылок. Премию ему дали вероятно за то, что он был первым.

Даниэль Канеман получил премию не столько за сами эксперименты, сколько за вылившуюся из них теорию ограниченной рациональности. Мы много раз использовали примеры из его статей для наших постов и статей в БГ. В частности Канеман с Тверски показали, что человек не воспринимает одинаково одну и ту же суму в плюс и в минус, что принятие решения очень сильно подвержено самому формату вопроса и так далее. За все это ему и дали премию.

4. Серия Хэндбуков не является в прямом смысле слова учебником. Это как правило собрание статей о разных аспектах предмета от ведущих специалистов в области. Естественно редактировать такое дело не просто, и этим должен заниматься молодой человек вроде того же Рота. Смиту, я думаю, уже возраст не позволяет. Кстати, у него есть свой собственный учебник, который называется Experimental Economics, правда сейчас он уже немного устарел, а в феврале у него вышла еще одна книжка, в том числе и об экспериментах.

Я попробую написать в ближайшее время пару постов о конкретных экспериментах, пока же рекомендую почитать книгу Харфорда (пока нет на русском) и послушать подкаст с Верноном Смитом, где он в том числе рассказывает о своей карьере.

Апдейт: Александр Куряев сообщает, что книжка Вернона Смита (представляющая собой сборник его статей) недавно вышла по-русски в издательстве ИРИСЭН.

По итогам предыдущего поста

Мне кажется, реакция была в основном положительная, поэтому в понедельник на следующей неделе, я попробую организовать первые несколько споров. К сожалению, раньше пока не получается. Придумывайте пока вопросы и оставляйте их в комментариях.

Поспорим?

На просторах рунета открылся сайт для споров онлайн Talk 2.0. Сам по себе он очень примитивен, и интереса не представляет. До западных сайтов вроде Predictify и тем более InTrade ему еще очень далеко. Но и его как мне кажется можно использовать со смыслом.

У вас наверное уже возник закономерный вопрос, причем здесь экономика. Объясняю: одна из главных проблем в экономике — получение информации. Как я уже писал, рынки предсказаний помогают эту проблему решить лучшим из возможных образов. Напомню, о чем речь:

Так называемые “рынки предсказаний” появились относительно недавно и до сих пор о них знают немногие, хотя об этом написала почти каждое уважающее себя СМИ*. На таких рынках вам предлагают продать или купить прогноз. Отличие от традиционных букмекеров состоит в том, что цена определяется не экспертами из авторитетной конторы, а рынком, как цена на любые другие контракты. Рынки предсказаний напоминают так называемые фьючерсные биржи с разницей, что речь идет далеко не только о финансовых инструментах.

Мне кажется, что своими силами мы вполне можем превратить Talk 2.0 в самодельный рынок предсказаний, хотя возможно я и не прав.

Идея примерно такая: (под катом, поскольку не факт, что всем интересно, читатели RSS, не ленитесь пройти по ссылке на полный пост)

Читать далее

Экономические модели тоже бывают красивыми

economistsmodels.jpgЭкономическая наука, как и любая другая, делиться на теорию и практику. К сожалению, практика в прямом смысле в экономике почти невозможна. Можно моделировать некоторые ситуации, но все равно ничего похожего на физические или химические эксперименты по степени точности никогда не получится. Хотя экспериментальная экономика за последние несколько десятков лет и достигла многого, большая часть экономических моделей особенно в макроэкономике, ей не под силу. Поэтому, их мы проверяем с помощью эконометрики (фактически статистика). Этот метод не идеален, не только потому, что никогда не дает стопроцентной уверенности, но и из-за того, что многие необходимые данные невозможно или очень трудно собрать в качестве статистики. Но это еще полбеды. Данных сейчас уже достаточно много, но надо ведь еще их уметь использовать. Догадаться, как посчитать ту или иную модель очень и очень сложно. Многие молодые экономисты сегодня известны не разработкой новых теорий, а именно «эмпирической находчивостью». Этим, например, получил известность Стив Левитт, автор популярнейшей книжки Freakonomics и лауреат второй после Нобелевской премии по экономике (Медаль Джона Бейтса Кларка — вручается каждые два года самому многообещающему экономисту до 40-ка). В его работах часто используется очень простая модель, но то, как он ее проверяет захватывает дух. О нем мы уже много писали, а сегодня поговорим о других интересных исследованиях. Я расскажу о двух, а вы, если знаете, рассказывайте о других в комментариях.

Мы уже немного писали про идею эффективных зароботных плат. Она появилась в 70-х в качестве объяснения новой модели не совершенно конкурентного рынка труда. Если в двух словах, то модель говорит, что поскольку часто работодатели не могут контролировать своих работников, то они будут использовать для мотивации более высокую зарплату. Предполагается, что она заставит вас бояться потерять работу, и поэтому вы начнете работать эффективнее. Естественно, работать этот фактор может только в условиях сравнительного дефицита рабочих мест. Что бы доказать эту гипотезу нужно показать, что компании действительно платят больше, когда не могут проверять работников. Как это сделать не очень понятно, ведь нужно исключить все остальные эффекты, а их может быть очень много. Ответ нашел Принстонский экономист Алан Крюгер: он посмотрел статистику по зарплатам в ресторанах МакДональдс. На рынке труда индустрии быстрого питания царит почти полная конкуренция, нет никаких профсоюзов, то есть количество возможных переменных сведено до минимума. Но это не самое интересное. Некоторые рестораны сети принадлежат самой компании, а некоторые — управляются мелкими предпринимателями в рамках франчайзинга (это когда можно открыть свою фирму под брендом чужой корпорации). Очевидно, что во франчайизнговых ресторанах владелец может с большей точностью контролировать ребят у кассы. Соотвественно, если наша модель работает, то в ресторанах компании должны платить больше, потому что там это единственная возможность для мотивации. Крюгер нашел небольшую, но заметную разницу.

О втором исследовании недавно писал в своей колонке Тим Харфорд. Экономист Амалия Миллер провела исследование, с целью понять, имеет ли рождение детей негативный результат на карьеру матери. Просто составить таблицу с зарплатами и годами рождения нельзя. Вполне возможно, что это не не-рождение влечет высокие зарплаты, а просто самые амбициозные (умные, талантливые или что-то еще) женщины рожают детей позже. Миллер решила эту проблему, найдя те же данные, но для женщин, которые сделали выбор родить ребенка (то есть по амбициозности и тп в среднем не отличаются от тех, кто таки родил), но из-за выкидыша, остались без ребенка. В итоге, получилось, что откладывание рождения ребенка всего на год приносит 10%-ое увеличение в доходе за карьеру. Из этого можно сделать вывод, что средства контрацепции, благодаря которым такое планирование стало возможным, сделали больше для равенства женщин, чем все феминистки вместе взятые.

Эксперимент: разъяснение и результаты

В пятницу я предложил читателям небольшую задачку, которая в экономике называется Парадокс Эллсберга. Ее цель — продемонстрировать, что люди далеко не всегда ведут себя рационально, и соответственно не всегда следуют теории «ожидаемой полезности». Она используется в основном для анализа финансовых и страхового рынков. Сначала результаты:

Всего поступило около 50-ти комментариев. Некоторые, к сожалению, не поняли достаточно простые правила и писали в ответах «зеленый», хотя в условиях было четко написано, что этого делать нельзя. В принципе, поскольку разницы между синим и зеленым никакой нет их можно приравнять. В любом случае, нас интересует количество людей указавших два раза один и тот же цвет. Я потом объясню почему. Таких было около 17. Подсчет там затрудняется тем, что многие опять же в обход правил начали комментировать, когда их четко просили этого не делать. Этих 17 человек можно назвать с точки зрения стандартной теории нерациональными. Обычно в подобных экспериментах их гораздо больше. Я думаю, что наши читатели скорей всего уже встречались с этим вопросом или поверили кому-то из пытавшихся в комментариях объяснить логику. Давайте посмотрим, почему.

Условия все помнят: в корзине 90 шаров, 30 из них красные, остальные или зеленые или синие. Назовем количество синих шаров буквой K. Допустим, в первом вопросе вы ответили «красный». Это значит, что вы думаете, что 30>K. Но если K больше 30, то во втором вопросе надо отвечать «синий», потому что вы сами решили, что синих шаров меньше, а значит больше вероятность, что его не вытащат больше. Отвечая, (красный, красный) вы нарушаете собственную логику из первого вопроса. То же самое с ответом (синий, синий), он же (зеленый, зеленый).

Почему люди так отвечают? Все достаточно просто: большинство из нас не очень хорошо разбирается с вероятностями и заранее их боится. Мы предпочитаем играть в игру с известными шансами. В нашем случае это ответ «красный». Он дает точную вероятность в 30 из 90. (Синий, синий) отвечают, я думаю, те, кто начал считать и где-то ошибся, или просто любящие риск. Такое поведение противоречит аксиомам экономического выбора и ставит под вопрос всю теорию. Но как я написал в том посте, правильного ответа на вопрос не существует. Если вы не любите вероятности, то вам правильнее отвечать (красный, красный). А экономистам приходится утишаться тем, что теория должна не описывать реальность, а давать рекомендацию в правильном направлении.

Стоит отметить, что рациональное поведение в данном случае не значит выиграшное или оптимальное. Вполне возможно, что, играя в игру один раз, логично диверсифицировать риски даже если это не последовательно.

Эксперимент

Представьте себе урну, в которой лежит 90 шариков. Известно, что 30 из них красные. Остальные либо синие, либо зеленые. Сколько каких из этих двух цветов, неизвестно. Из урны случайным образом вытаскивают шар. Вам надо сделать две ставки:

  1. Можно поставить на красный или синий цвет. Задача угадать правильно цвет вытащенного шара.
  2. Опять можно поставить на красный или синий. Задача угадать, какой из них не вытащат.

Сразу предупреждаю, что это не вопрос на сообразительность. Здесь нет правильных ответов. Поэтому главное ответить на него сразу, без вычислений, консультаций с поисковиками и так далее. Лучше даже не думать особо. Пожалуйста пишите ответы сразу на оба вопроса в комментариях в формате (цвет1, цвет2). Больше ничего в комментариях оставлять не нужно. Вопросы по условиям пишите в рубрику «Задать вопрос«. Игра будет действовать до понедельника. Если не трудно, дайте ссылку друзьям.

Объяснение, зачем это нужно будет в понедельник