О золотом стандарте

Читатель Антон задает такой вопрос:

Прочитал у блогера av_rybin перевод статьи А. Гринспена о Золотом стандарте (http://av-rybin.livejournal.com/100250.html) которая была написана 1967 году. В статье последовательно доказывается правильность использования золотого стандарта в качестве общего знаменателя для всех валют.

Каково ваше мнение относительно доводов Гринспена? Есть ли какие-то ограничения для принятия золота в качестве мирового стандарта сегодня?

Золотой стандарт это одна из самых спорных тем в макроэкономике. Хотя уже достаточно давно она не выглядит актуальной, теоретики продолжают активно спорить о пороках и преимуществах этой системы. Поэтому за последние годы было придумано наверное сотни разных аргументов в обе стороны. Как скептик я в данном случае не готов вынести однозначный вердикт, но поговорить о золотом стандарте стоит.

Сама система основана на обязательстве властей страны обменивать валюту на золото по фиксированному курсу. С подробностями того как это происходило в реальности можно ознакомиться, например, здесь. Соответственно, поскольку резервы золота ограничены, в мире золотого стандарта почти не было инфляции. Средний уровень роста цен в Америке за период классического золотого стандарта (до Первой Мировой) составил всего 0.1 процент. Кроме того, в пользу золотого стандарта говорит относительно высокая стабильность в долгосрочном периоде. Как и в других системах фиксированных курсов торговля значительно облегчается отсутствием неопределенности по обменному курсу. Некоторые, так же записывают в колонку «за» тот факт, что при золотом стандарте власти страны намного меньше вмешиваются в экономику. Как я понимаю, это один из важных аргументов в статье Гриспэна.

Сам Гринспэн, по крайней мере, если верить ему на слово, от своих идей 1966-го года не отошел, но в политической дискуссии о нем уже всерьез почти не говорят. Для этого есть несколько причин. В первую очередь, многие винят золотой стандарт и нежелание властей от него отказаться в усилении Великой Депрессии. Во-вторых, золотой стандарт делает каждую отдельную страну зависимой друг от друга. Иногда это хорошо, но иногда странам вовсе не хочется «импортировать» чужие проблемы через фиксированную ставку. При золотом стандарте выпуск (ВВП) страны может соблюдать стабильный долгосрочный тренд, но при этом он будет сильно прыгать от года к году. В большинстве стран сегодня правительства не могут себе такого позволить. Золотой стандарт требует очень жестких обязательств от правительства, которые иногда заставляют страну ничего не делать, когда ВВП, а вместе с ним и занятость, резко падают. К сожалению, изящность и внутренняя логичность золотого стандарта не выдержала столкновения с реальным миром.

Пару лет назад я был свидетелем такой сцены: один экономист австрийской школы (а они особенно сильно поддерживают золотой стандарт) объяснял преимущества этой систему одному министру экономики. Я на всякий случай не называю имен, но в принципе как минимум одного из них легко можно вычислить. Так вот, в ответ на все красноречивые доводы экономиста министр только улыбался и говорил что-то на подобие «ну-ну», если не что-то менее приличное. Примерно таково сегодня состояние дискуссии о золотом стандарте. Теоретики могут обсуждать ее сколько угодно, но по крайней мере пока, она настолько политически невозможна, что остальным тратить силы на ее обсуждение нет смысла.

Update: В журнале Александра Куряева завязалась интересная дискуссия на тему этого поста, рекомендую посмотреть.

Дополнительное чтение

  • Статья в Википедии (там очень много ссылок)
  • Статья в EconLib (за авторством знаменитого специалиста по этой теме и одного из моих учителей Майкла Бордо).
  • Подкасты EconLog о золоте с Алланом Мелцером и Джином Эпстином (оба сторонники стандарта)
  • Если есть желание почитать что-то более серьезное на эту тему, то наверняка заслуживает внимание книга Барри Айченгрина (не знаю так ли правильно пишется), хотя я ее не читал. Кроме того, почти все известные экономисты австрийской школы об этом так или иначе писали, то есть Мизес, Ротбард и так далее. Полную коллекцию можно найти здесь. Там же есть и «Капитализм и Свобода» Милтона Фридмена, где он высказывается против золотого стандарта.
  • Небольшой список аргументов против золотого стандарта от Брэда ДеЛонга.

Несовершенная конкуренция

После объявления первого призера на конкурс вдруг начало приходить больше интересных вопросов. Я пока не определился с количеством призов, но сегодня хочу объявить второго победителя. Им стал человек под псевдонимом sprite77 (если автор вопроса разрешит в комментариях, я с удовольствием раскрою массам его настоящее имя). Вот вопрос:

Многие говорят сегодня о рынке образовательных услуг высшего образования и о конкуренции на этом рынке.

При этом возникает два вопроса:

1. Все вузы оказывают образовательную деятельность по лицензии, в которой на основании данных о площадях вуза устанавливается предельный контингент численности учащихся — грубо говоря — максимальная возможная доля рынка данного вуза. Численность предельного контингента пересматривается раз в 5 лет при перелицензировании. Какова будет конкурентная мотивация вузов, если исключить реализацию образовательных услуг с нарушением лицензионных показателей. Как данное обстоятельство влияет на конкуренцию?

2. Государственные вузы реализуют часть образовательных услуг за счет бюджета. То есть у них есть гарантированный оплаченный спрос на их услуги. Эксперты говорят, что такое обстоятельство приводит к снижению эффективности и качества образования. Так ли это? Неужели негосударственные вузы более эффективно реагируют на изменения структуры спроса на рынке труда, и предоставляют более качественные образовательные услуги потому что у них нет буфера бюджетного финансирования. Как это связано?

Вопрос очень глубокий, так что заранее извинюсь за длинный ответ. Эта тема того заслуживает.

1. Действительно в образовании существуют ограничения по количеству поставляемых услуг. Конечно, когда эти ограничения исходят от государства, то это уже не совсем конкуренция, но даже на абсолютно свободном рынке университет не всегда мог бы спокойно брать больше учеников. Даже я бы сказал на свободном рынке ограничения были бы сильнее, потому что больше стимулов держать репутацию. Но это еще ничего не значит. Даже если допустить, что на рынке образования всегда дефицит, то это не значит, что университеты перестанут конкурировать друг с другом. Это происходит потому, что студенты далеко не идентичны, и университету не безразлично, кого брать. Поскольку модель Макдональдса здесь не работает (из-за тех самых количественных ограничений), то университет пытается конкурировать качеством, чтобы клиенты готовы были платить как можно больше за образование.

Тут может быть два варианта. Первый это вариант России, где частные университеты и школы занимаются в основном созданием комфортабельных условий для студентов, потому что для родителей качество обучения стоит не на первом месте. Второй это вариант Америки и других стран, где университетам приходится очень сильно работать над качеством образования, потому что хорошее образование стало престижным для богатых семей. Конкретно в Америке есть еще и другой мотив: хорошее образование делает студентов успешными, а они потом дарят университету деньги. Например, не так давно Чикагская Бизнес Школа получила 300 миллионов долларов от финансиста Дэвида Бута. Бизнес-образование конечно сильно отличается от обычного высшего, но на нем университеты тоже могут очень сильно заработать. То есть ограничение по количеству студентов не убивает конкуренцию, а только один из ее аспектов: университет не может позволить себе давать убогое образование, но всем желающим по низкой цене, что вообще-то только хорошо.

2. С бюджетным образованием есть две большие проблемы. Во-первых, оно заставляет платить за образование даже тех, кому оно не нужно через налоги, что в принципе не совсем честно. Но это тема для отдельного разговора. Во-вторых, бюджетная система, как она реализована сегодня во многих странах, включая Россию, действительно снижает эффективность. Как мы видели в ответе на первый вопрос, частным ВУЗам приходится очень сильно конкурировать друг с другом за получение денег студентов (тем или иным образом). Государственный ВУЗ знает, что его деньги гарантированы, а значит делать что-либо не обязательно. Государство конечно будет пытаться поддерживать стандарты, но университеты обычно умеют это дело обходить, да и стандарты будут поступать с задержкой. То есть при прочих равных у частного ВУЗа должно быть больше мотивов для прогресса. Другое дело, что «прочих равных» обычно не существует, потому что частные и государственные ВУЗы как правило находятся в очень разных условиях. То есть, отвечая на вопрос, конкуренция между ВУЗами хороша не столько тем, что позволяет им реагировать на структуру спроса, сколько стимулами для прогресса, в том числе научного.

Самая большая проблема рынка высшего образования в том, что общество не хочет что бы у богатых были преимущества в получении хорошего образования перед бедными. Платное образование как в России сейчас делает это невозможным. Совсем свободный рынок тоже не помогает. Выходом из этой ситуации может стать система образовательных кредитов. Например, в Великобритании правительство дает студентам возможность брать в банке долгосрочный кредит под очень низкий процент (на уровне инфляции). По идее таким образом бедные студенты могут платить за хорошее образование, если ожидают, что оно поможет им зарабатывать деньги в будущем.

В качестве неплохого среднего варианта между политически сложным свободным рынком и экономически неэффективной платной системой ученые часто предпочитают систему ваучеров. При ней к каждому студенту привязывается определенная сумма государственных денег, которую он может отнести с любой понравившийся университет, частный или государственный, по необходимости доплачивая из собственного кармана или за счет грантов и частных стипендий. Эта система оставляет субсидирование образования, но при этом дает ВУЗам серьезный стимул к развитию.

Если вы дочитали до этого места, то вы заслуживаете отдельного приза. Вместо него дам вам ссылку на еще один длинный текст на тему образования, написанный авторами Рукономикса больше трех лет назад. Кое-что в нем устарело, но прочитать все равно полезно. Наслаждайтесь.

Что корейцу хорошо..

Если вы забыли, то у нас все еще идет конкурс с призами в виде книжек по экономике и смежным предметам. Для победы нужно прислать самый интересный вопрос. Пока на почту пришло шесть вопросов, сегодня я хочу ответить на самый интересный из них. Прислал его читатель Максим Иванов, который пишет, что не хочет книгу, но я все равно хотел бы ее ему послать, так что, Максим, присылайте нам на почту свой адрес для приза. Собственно вопрос:

Добрый день!
Я пишу дипломную, но на несколько другую тему, поэтому мой вопрос скорее побочный продукт моей работы.
Изучая послевоенное развитие стран ЮВА, становится отчётливо ясно, что экономики этих стран не гнушались государственным регулированием и применением нерынончных методов ведения хозяйства. Однако эксперемент оказался более чем успешным.
Безусловно, несовсем корректно рассматривать переход от традиционной к рыночной экономике с переходом от административно-плановой к рыночной, но два вопроса звучат так:
1) Каковы на ваш взгляд причины отказа от опыта ЮВА стран правительством РФ в начале 90-х?
2) Синтезируя негативный опыт России, неодназначный опыт ФРГ и позитивный опыт тигров, какие действия должна будет принять обьеденённая Корея для преодоления экономической катастрофы при обьеденении?

Я бы хотел уделить больше внимания первому вопросу, тем более что эта проблема сейчас актуальна как никогда. Что касается объединения Корей (а я тоже полагаю, что в недалеком будущем это случится), то тут я вряд ли смогу сказать хоть что-нибудь оригинальное, так что рекомендую обращаться к экспертам, например, Андрею Ланькову.

Действительно, некоторые азиатские страны такие как Япония, Южная Корея, Сингапур, Гонконг и Тайвань достигли в 20-м веке небывалых темпов развития. Причем многие из них, в особенности Япония и Корея, активно использовали разного рода государственные вмешательства в экономику. В частности автомобильные индустрии обеих стран некоторое время охранялись очень серьезными торговыми барьерами. Некоторые экономисты считают, что именно грамотная политика властей помогла отсталым странам выбиться в лидеры. Действительно стране может быть трудно с нуля создать автомобильную отрасль при наличии очень развитых конкурентов на Западе. Автомобили, как мы знаем, требуют очень массового производства для использования экономии от масштабов, поэтому нужно иметь гигантский спрос для эффективной конкуренции. Так по крайней мере звучит аргументация протекционистов.

Более того, все знакомые с историей торговли люди знают, что все западные страны тоже на определенной стадии своего развития активно использовали протекционизм, регулирование и так далее. Все это так. Но сам успех тех или иных стран еще не является доказательством правильности конкретного метода. Например, Ирландия очень неплохо развилась как раз с помощью торговли. Не сильно влезал в экономику и Гонконг. Давайте посмотрим подробнее на азиатских тигров. В большинстве из них очень отличается культура бюрократии. После распада СССР Россия не могла не только похвастаться грамотными чиновниками, в ней не было почти никого, кто имел бы представление о функционировании капиталистической экономики за пределами работ Маркса. Про Виктора Черномырдина говорят, что он получил самое дорогое экономическое образование в мире, обучаясь на службе.

Далее, немного странно представлять себе Россию после развала СССР как рай либерализма. Да, она стала намного свободнее, но думаю по степени регулированности легко дала бы фору любому из азиатских тигров. Дело не столько в вопросе регулировать или нет, сколько в качестве регулирования. Иногда стране везет и ее политикам удается создать чудо. Естественно чудо возникает не на пустом месте: сегодня очевидно, что Япония имела сравнительное преимущество в производстве автомобилей, просто никто об этом не знал, и вполне вероятно, что Тойота могла появится и без регулирования и субсидий. К сожалению, такое везение очень редкое. Чаще регулирование оканчивается другим полюсом — автомобильной отраслью СССР, десятилетиями производящей в огромных количествах плохой товар и выживающей только за счет пошлин. Обычно регулирование и протекционизм появляются совсем не из желания отладить «провалы» свободного рынка, а для защиты чьих-либо корпоративных интересов. И очень трудно предсказать, какое вмешательство будет «хорошим». Для него, видимо, нужны какие-то факторы, не поддающиеся экономической логике.

Так что, я лично очень сомневаюсь, что правительство РФ могло даже если бы хотело поставить на вооружение опыт стран ЮВА, как сегодня у правительства не очень получается использовать опыт Китая и Индии. Как минимум не хватило бы человеческого капитала среди лидеров. Я бы правда больше жалел не об отсутствии «умного регулирования», а о других достоинствах тигров, а именно: сильном и относительно честном правосудии, легкости ведения бизнеса и так далее. Если страны ЮВА и развились благодаря индустриальной политике, то сегодня они процветают совсем по другим причинам.

Еще раз спасибо Максиму за вопрос. Присылайте и вы свой!

Нужно ли закупать золото?

Не очень люблю давать практические советы, но иногда хочется. Читатель по имени Сергей прислал на нашу почту такой вопрос:

Как Вы думаете, стоит ли сейчас вкладываться в золото? Если сейчас экономика США окончательно рухнет, то золото может подскочить на 30-50%.

Действительно, многие считают золото своеобразной гарантией, потому что не зависит от политики государств. Как и другие товары его цена как правило не сильно зависит от кризисов, поэтому в момент опасности инвесторы часто задумываются об инвестировании в золото, как главный из металлов. В отличие от, например, нефти цена на золото хоть и колеблется не должна сильно менятся факторов, связанных с другими рыночными активами. При этом золото, строго говоря, не является конт-цикличным товаром (тот, чья цена растет, когда все падает и наоборот). Обычно инвесторы не покупают собственно золотые слитки, что дорого и неудобно, а всего лишь опционы на покупку золота в будущем, но когда почти все банки (которые обычно выписывают опционы) сами попали под угрозу, опционы перестали быть достаточно безопасной стратегией, и сегодня все чаще инвесторы требуют реальные слитки, что естественно поднимает цену еще выше.

После недавних событий на рынках цена золота сильно выросла, что можно принять за желание инвесторов диверсифицировать портфель на случай серьезного падения на фондовых рынках. Соответственно, если рынок и правда упадет, цена на золото вырастет еще больше (или по крайней мере не упадет так как другие активы, что уже достаточно). С этой точки зрения инвестору возможно имеет смысл часть своего портфеля держать в золоте.

Но все не так просто. Вложиться в золото рядовому гражданину не так уж и легко. Пойти купить слиток сейчас может не каждый, хранить и сторожить его будет еще труднее. Опционы (или фьючерсы) на золото тоже доступны далеко не всем, и, как мы уже видели, они совсем не так безопасны, как может показаться в случае настоящего кризиса. Я предполагаю, хотя могу ошибаться, что для рядового инвестора покупка и последующая продажа золота будет сопряжена со слишком высокими транзакционными издержками, что бы сделать эту стратегию достаточно выгодной. Этот вывод будет неверным, если вы ожидаете очень сильный кризис (например, дефолт правительства США).

Стоит оговориться, что я не являюсь специалистом по золоту, и соответственно все ваши приключения с ним остаются исключительно на вашей совести.

Спасение утопающих

На нашу волшебную почту пришел вот такой вопрос от одного из самых преданных читателей (хотя обычно он с нами и не согласен):

Мне вот сейчас очень интересно, чтобы какой-нибудь понимающий экономист рассказал, чего там правительство понадумало вчера.

Чё-то пишут, какие-то нормы резервирования снизили, какие-то коэффициенты на залоговую стоимость повысили.

Что вся эта фигня значит? Правильно я понимаю, что под банковскую систему подложили подушку безопасности с взрывоопасным газом, на которую если прыгнуть слишком сильно, то лучше бы её не было совсем?

Давайте, во-первых, пройдемся по мерам принятым к спасению финансовой системы. Первым делом было принято решение о снижении ставки обязательного резервирования. Этот шаг лично мне показался очень странным по нескольким причинам. Не очень понятно, почему в момент опасности (всем ведь известно насколько наше население не доверяет банкам) банкам разрешают снизить запасы ликвидного капитала на счетах в ЦБ. По идее такое решение легко могло вызвать панику и так называемый набег на банки. К счастью, этого не случилось. Более того, не знаю как с этим обстоит сейчас в России, но большинство обычно хранит все равно больше резервов чем предписывается обязательной ставкой, так что игра с ней не должна оказать сильного влияние на появление свободного капитала ны межбанковском рынке. Плюс, не очень понятно насколько просто будет вернуть ставку на место.

Затем были остановлены торги на биржах. С одной стороны, эта мера оправдана, если есть основания полагать, что рынок ведет себя нерационально. С другой — дело было не только в панике. Правительство видимо хотело взять тайм-аут что бы придумать, как справиться с кризисом. То есть рынку был послан четкий сигнал: «мы не знаем, что делать».

В конце концов, правительству пришлось еще и пообещать вбросить на рынок денег для скупки акций. Это понятная реакция, но, как мы уже с вами говорили, она может привести к негативным последствиям в будущем. Тут прав читатель. Если компании будут знать, что в случае чего им поможет государство, то предотвращать кризисы будет не так уж и важно. Можно будет снова продолжать делать то, что и привело к падению. Правда стоит сказать, что сами компании в случае России вряд ли могли остановить падение, вызванное смесью внешнеэкономических и внутриполитических проблем. Но тогда moral hazard действует в применении к правительству. Пока оно знает, что рынок можно спасать банальным денежным влиянием, ничто не остановит его глупые внутриполитические решения.

Физкультответ

Пока вы размышляете над задачкой про платные каналы, вот, наконец, мой ответ на мой же вопрос о фитнес-клубах. Напомню: особенность маркетинга московских фитнес-клубов состоит в том, что они, как правило, нигде не пишут цен. Это, без сомнения, приводит к дополнительным издержкам — ведь на бесконечные расспросы о расценках должен кто-то отвечать, и этому кому-то надо платить зарплату. Так почему бы не объявить цену публично?

Думаю, всё дело в том, что разные клиенты готовы платить за доступ в фитнес-клуб разные деньги. Это зависит не только от платёжеспособности посетителей, но и от того, чем именно и как часто они планируют заниматься, и насколько каждая конкретная услуга важна именно для них. Как совершенно верно отметил один из комментаторов, «открытые цены привлекли бы людей, которых такие цены устраивают, и заведомо оттолкнули бы людей, для которых они слишком высоки.» Установив «среднюю» цену, клуб недополучал бы прибыль от фанатично преданного пилатесу богача и не получил бы вовсе ни гроша от бедной студентки, с трудом уделяющей час в неделю на кикбоксинг.

Поэтому заведение нанимает и обучает специальных людей, которые в ответ на вопрос о цене принимаются расспрашивать потенциального клиента о размерах его рабочего кабинета и здоровье двоюродной тётушки. Опытный продавец уже через несколько минут такого общения составляет себе представление о клиенте, «прощупывает» его и предлагает соответствующий тариф. В результате, записавшись в клуб и случайно встретив там знакомого, новоявленный спортсмен с удивлением узнаёт, что совершенно тот же набор услуг достался тому вдвое дешевле. В советском фольклоре этот приём назывался «от каждого по способностям» (Марксу бы не понравилась такая интерпретация его знаменитой формулы); в экономике он называется ценовой дискриминацией и обсуждался на Ruconomics уже много раз.

Телезрители против знатоков

Блог «Рукономикс» в этом сентябре в полном составе выходит на первую в жизни полноценную работу. Как правило, выход на работу предполагает помещение в мусорную корзину всех полученных в университете знаний, особенно если они — теоретико-экономического характера, но бывают и исключения. Я мог бы написать, что я надеюсь, что это мой случай, но это не правда — я знаю. Похоже, что работа станет богатым источником жизненных экономических проблем и их возможных решений, о чем я постараюсь сообщать. А пока — легкая, но забавная разминка на выходные.

Аня, Боря и Виолетта любят смотреть телевизор. В их воображаемом мире есть 2 канала: «Футбольный» и «Жизнь животных». Аня любит и то и другое, но существенно больше — футбол, с Борей все почти в точности наоборот, а Виолетта обожает футбол, но при этом не готова дать и ломанного гроша за наблюдения за жирафами и лягушками. Допустим, дело обстоит так:

 

Аня готова заплатить за футбол 110 рублей (в месяц, например), а за «животных» — 40.

Боря — 50 и 100 соответственно.

Виолетта, в свою очередь, готова отдать 140 за футбольный канал, и ноль — за другой. 

 

Вы — директор компании-поставщика телевизионных услуг, ваша задача, естественно, вытянуть из героев нашей истории как можно больше денег. Предположим, как любят говорить в нашем деле, что предельные издержки у вас нулевые: чтобы допустить кого-либо к просмотру канала, никаких вложений с вашей стороны не требуется. Вам никто не указ — можно просить любую цену за любой канал, а можно и не ограничиваться установлением цен на отдельные каналы. Ограничения минимальны: если вы попросите больше, чем человек готов отдать — он не отдаст. Ну и конечно, никакой дискриминации — цена одинакова для всех. Какова максимальная сумма, которую вы можете получить с Ани и Бори вместе взятых? А со всех троих?

Это не серьезное испытание, но и не задача-шутка. Наверняка почти все с ней справятся, а правильный ответ на нее даст нам возможность кое-что обсудить.

Экономика и эксперименты

Разбирая присланные на наш волшебный почтовый ящик вопросы, нашел вот такой:

Здравствуйте,

меня очень интересеут следующие вопросы:

1. Каких успехов добилась экспериментальная экономика на данный момент?

2.Развивается ли сейчас это направление?

3. И за что именно дали нобелевскую премию Вернону Смиту  и Канеману,

4 . А также почему учебник по экспериментальной экономике(The Handbook of Experimental Economics, ) пишет именно  Альвин Рот, а не Верно Смит?

Сначала небольшое предисловие: Одной из отличительных черт экономики как науки часто называют невозможность проводить эксперименты. В макроэкономике это почти всегда так, и поэтому проверять гипотезы можно только очень косвенными методами через статистику. Но в некоторых областях нашей науки, как оказалось, можно использовать и банальные эксперименты. К сожалению, и тут ситуация намного сложнее чем в какой-нибудь физике. Основная проблема в выявлении экономических закономерностей в том, что как правило люди подвержены сразу десятку разных стимулов и выявить конкретные первопричины оказывается очень сложно. Более того, далеко не факт, что выявленные в эксперименте эффекты можно экстраполировать на повседневную жизнь. Тем не менее на одном месте экспериментальная экономика не стоит.

Теперь начнем по порядку.

1. С успехами дела обстоят сложно. С одной стороны, ученые смогли провести удачные «опыты», демонстрирующие работоспособность многих экономических законов. Тот же Вернон Смит еще в 50х-60х годах показал, что на урощенном рынке действительно очень быстро появляется та самая мистическая рыночная цена, к которой приходят большинство сделок. Сегодня его эксперименты часто используют в виде игр на начальных курсах по экономике, что бы наглядно показать студентам, как работает рынок.

С другой стороны, множество ученых использовали эксперименты ровно в обратном направлении, показывая несостоятельность некоторых предпосылок экономики. Среди них были и Дэниэль Канеман с Аммосом Тверски и более молодые ученые вроде Джона Листа. Лист кстати провел один очень интересный эксперимент, где показал, что нерациональность в экспериментальной обстановке вовсе не значит то же самое в реальном мире. Интересных статей в экспериментальной области сейчас уже очень много, и рассказывать о каждой не хватит места, так что рекомендую прочитать новую книгу Тима Харфорда Logc of Life, где многие из них очень удачно описаны.

Успехов вроде бы много, но реальную ценность экспериментов, как мне кажется, оценить пока сложно. К сожалению, ученые часто пренебрегают действительно серьезными проблемами, что бы провести красивый эксперимент. Но возможно из этого направления выйдет что-то очень полезное, например, ученые используют эксперименты, что бы выявить лучшие из способов помощи развивающимся странам.

2. Сейчас экспериментальная экономика можно сказать на пике. О ней пишут кучи популярных книжек (тот же Харфорд, Фрикономика и тд), статьи из этой области постоянно освещаются в газетах и блогах, ученые вроде того же Листа пользуются даже слишком большой популярностью. Мне это не совсем нравится, потому что за красотой эксперимента экономисты начинают забывать о действительно важных проблемах, где на практике ничего не докажешь и на страницы NY Times не попадешь.

3. Вернон Смит провел серию достаточно примитивных экспериментов, еще в молодости, которые показали, во-первых, силу самого экспериментального метода в экономике, а, во-вторых, работоспособность некоторых экономических предпосылок. Премию ему дали вероятно за то, что он был первым.

Даниэль Канеман получил премию не столько за сами эксперименты, сколько за вылившуюся из них теорию ограниченной рациональности. Мы много раз использовали примеры из его статей для наших постов и статей в БГ. В частности Канеман с Тверски показали, что человек не воспринимает одинаково одну и ту же суму в плюс и в минус, что принятие решения очень сильно подвержено самому формату вопроса и так далее. За все это ему и дали премию.

4. Серия Хэндбуков не является в прямом смысле слова учебником. Это как правило собрание статей о разных аспектах предмета от ведущих специалистов в области. Естественно редактировать такое дело не просто, и этим должен заниматься молодой человек вроде того же Рота. Смиту, я думаю, уже возраст не позволяет. Кстати, у него есть свой собственный учебник, который называется Experimental Economics, правда сейчас он уже немного устарел, а в феврале у него вышла еще одна книжка, в том числе и об экспериментах.

Я попробую написать в ближайшее время пару постов о конкретных экспериментах, пока же рекомендую почитать книгу Харфорда (пока нет на русском) и послушать подкаст с Верноном Смитом, где он в том числе рассказывает о своей карьере.

Апдейт: Александр Куряев сообщает, что книжка Вернона Смита (представляющая собой сборник его статей) недавно вышла по-русски в издательстве ИРИСЭН.

Ответ к интерактиву

К сожалению, у меня так и не находится времени вернуться к блоггингу в нормальном режиме. Даже прочитать все ваши комментарии к предыдущим постам пока не получается, но ответ к предложенной задаче я вам все же дам. А победителей определим потом. Напомню, что в задаче не обязательно есть какой-то один правильный ответ. Я всего лишь предложу один из подходов. Не скрою, что придумал его не я; он позаимствован у Ричарда МакКензи из Университета Калифорнии, автора книги с говорящим названием «Почему попкорн так дорог в кинотеатрах«. Подкаст с ним, где он подробно объясняет свою логику можно прослушать здесь. Ниже я постараюсь пересказать ее своими словами.

Собственно главным для хорошего решения было заметить, что все три вопроса связаны между собой. Это легко увидеть, если понять, что кинотеатры продают не несколько разных продуктов, а один — «поход в кино». Этот продукт может включать в себя только фильм, а может быть улучшен с помощью попкорна, колы, ВИП-кресел и так далее. Каждому посетителю кинотеатр помогает подобрать индивидуальный набор. Сам кинотеатр таким образом может поднять себе выручку. Вместо того что бы поднимать цену на билеты для всех, достаточно поднять цену на попкорн, и люди с лишними деньгами сами их вам отдадут. Ключевой термин в этой истории — ценовая дискриминация. Кроме обычной дискриминации (через скидки студентам и тп) кинотеатры занимаются и такой. Наши постоянные читатели помнят, что похожими делами часто увлекаются, например, кофейни.

В случае кинотеатров ситуация даже интересней. Оказывается, что выручка от билетов для многих из них не является серьезным источником прибыли, потому что часть из нее (иногда около 70%) нужно отдавать дистрибьютерам и кинокомпаниям. Повышать цены на билеты в такой ситуации невыгодно, несмотря даже на монопольное положение. Зато понизив цены на билеты, можно заманить в кино большей людей и дальше заработать на попкорне. Отсюда следуют ответы на второй и третий вопросы.

Кинотеатр с одним залом с этой точки зрения очень невыгодное предприятие, потому что его главный агрегат (лоток с попкорном) большую часть времени простаивает впустую). В мультиплексе же фильмы как правило идут в разное время, что создает постоянный поток клиентов для бара.

Что касается блокбастеров, то повышать цены на входные билеты, как я уже написал, бессмысленно (большая часть денег достается не вам), зато они обеспечивают больше зрителей и заодно большей покупателей попкорна.

Естественно это не единственные возможные ответы, но мне они кажутся интересными, так что надеюсь и вы не будете разочарованы. К следующему посту я постараюсь прочитать ваши комментарии и выбрать лучшие. Заодно устроим и разбор ошибок.

Снова в эфире

Если вы уже начали удивляться, почему ваш любимый блог так давно не обновлялся, спешу вас утешить. Мы никуда не пропали, все наоборот отлично, но из-за сессии, связанных с ней празднеств и других перемен в личной жизни, времени на написание постов совершенно не находилось. К тому же и вам наверняка было полезно немного отдохнуть даже от такого приятного занятия как чтение Рукономикса.

В знак возвращения к нормальной жизни, предлагаю вам снова небольшой интерактив. Все как обычно: мы вместе пытаемся разгадать загадки повседневной реальности с экономической точки зрения. В этот раз вопроса даже три, хоть и связанных (это уже подсказка):

  1. Почему попкорн (и не только) стоит так дорого в кинотеатрах?
  2. Почему последнее время мы видим все больше многозальных мультиплексов и все меньше обычных кинотеатров с одним залом? За счет чего именно многозальность оказывается такой выгодной?
  3. Почему цены на билеты на очень популярные блокбастеры и рядовые фильмы в одном и том же кинотеатре как правило не отличаются? (в некоторых кинотеатрах это не так, но давайте о них пока забудем).

Для постоянных читателей эти вопросы должны быть довольно простыми.

Как обычно, предупреждаю, что здесь не обязательно есть какой-то один правильный вариант, поэтому советую предлагать как можно больше версий. Единственное ограничение: ваше объяснение не обязательно должно быть стопроцентно реальным, но обязательно должно быть экономически логичным, то есть должно исходить из рационального выбора соответствующих предпринимателей и покупателей.

Итоге подведем в понедельник или во вторник в зависимости от количества догадок. Ссылки и наводки друзьям всячески приветствуются. Лучшие ответы мы постараемся чем-нибудь наградить.