Роберт Шиллер: звезда кризиса

Пока большинство экономистов в шоке наблюдают за насилием над их любимыми теориями, немногие могут чувствовать себя на коньке. Роберт Шиллер один из них. В 2000-м году на пике интернет-бума он написал культовую книгу Irrational Exuberance, в которой говорилось о возникшем на рынке пузыре и о возможном резком падении в недалеком будущем. Через несколько месяцев предсказания сбылись. Незадолго до начала этого кризиса Шиллер стал говорить о пузыре на рынке недвижимости, и снова цены через некоторое время резко упали, как по заказу. Шиллер быстро сориентировался и написал новую книжку про нынешний кризис, его причины и пути выхода. Вчера он выступал с лекцией на эту тему в Лондонской Школе Экономики.

Фото New York Times
Фото New York Times

Начал он с причин кризиса. Сегодня большинство, включая, например, лидеров G20, называют среди причин сложность финансовых инструментов, проблемы с рейтингами и так далее. Шиллер считает все это причинами второго порядка. Главная же причина именно в пузыре на рынке недвижимости. За несколько последних лет цены на жилье в США взлетели сильно выше исторических норм (естественно речь идет об одинаковом жилье с учетом инфляции). На это уже наслоились все сопуствующие проблемы из мира финансов, а когда цены, как им и положено, начали падать, рушиться начало все вокруг. С одной стороны, про завышенные цены на недвижимость даже до кризиса говорили многие, с другой — никто не взял это наблюдение на вооружение. В итоге граждане продолжили брать в долг под залог все дорожающих домов, надеясь, что их цены никогда не упадут. Именно в этой ситуации стали популярными суб-стандартные ипотеки, когда долг дается человеку с не очень хорошей кредитной историей. Когда цены все-таки начали падать, многие из заемщиков отказались выплачивать долги, что и породило сегодняшний кризис доверия.

Сами пузыри и последующие падения Шиллер объясняет психологией инвесторов и их недальновидностью. Людям обычно приятней вместе покупать всякую дрянь, чем в одиночку быть умным. К сожалению, тот же механизм сработал в рейтинговых агенствах и у финансовых аналитиков.

Впрочем, обсуждать причины сейчас не так важно как спасать экономику. Тут большинство правительств, как мы уже писали, взялись стимулировать спрос через фискальную политику по Кейнсу. Особенно хорошо выступило правительство Великобритании, которое открытым текстом сказало, что сегодняшний вброс денег будет финансироваться налогами через два года, что по идее должно было убить всякое желание тратить сэкономленные деньги. Эти меры вряд ли что-то сделают, а если и сделают, то не в долгосрочном периоде. Следующего кризиса мы так не предотвратим.

Выход Шиллер видит в совсем другой политике. Сейчас самое время создавать долгосрочные институты, которые помогут убрать те риски, что создали сегодняшний кризис. Например, это macroshares и continous workout mortgages. Первые представляют из себя новый финансовый инструмент с прозрачными рисками. Вторые — ипотека с рисками (и что делать в разных ситуациях) прописанными в контракте. И то, и другое повышает прозрачность и соответственно повышает стабильность. Не знаю, действительно ли таким образом можно совсем убрать невидимые риски, но как минимум можно сократить их количество. Кроме этого, Шиллер предлагает улучшить доступ рядовых инвесторов к информации и советам профессионалов. Плюс в некоторых областях нужны просто новые рынки, где, например, можно будет хеджировать риски по недвижимости.

Мне скорее нравятся рекомендации Шиллера, потому что он хотя бы не предлает типичного лобового решения проблемы (забросаем мир деньгами, что-то да получится), а предлагает серьезные реформы. С другой стороны, трудно отделаться от ощущения, что вот сейчас прямо нужно что-то более эффектное.

Update: Оказывается LSE выкладывает лекции в свободный доступ через iTunes. Скачать лекцию Шиллера можно здесь (ссылка откроется в itunes).

Внеклассное чтение:

  • Шиллер пишет колонки для Project Syndicate, и их переводят на русский. Вот, например, последняя.

Призрак Кейнса

К сожалению, наш призовой фонд закончился раньше чем ожидалось, потому что Озон берет примерно половину стоимости книги за доставку даже внутри Москвы. Поэтому авторы остальных вопросов получат только нашу благодарность и всемирную славу. Кстати, если вы хотите проспонсировать этот или новый конкурс Рукономикса, то я с удовольствием рассмотрю ваше предложение. Пишите на наш стандартный адрес mail at ruconomics.com или через контакт-форму. А сегодняшний вопрос прислал нам Максим Ананьев. Вопрос очень злободневный, так что надеюсь понравится:

Роберт Шапиро, экономический советник Обамы, в интервью порекомендовал Европе и Азии делать то же, что и Штаты — стимулировать спрос изо всех сил.

Вопрос: я правильно понимаю, что стимулирование спроса — это в данном случае эвфемизм для простой идеи: раздать деньги бедным («tax credit») в надежде, что они потратят их на товары и услуги, и экономика от этого вырастет? Но разве люди в условиях кризиса не склонны больше сохранять на совсем черный день, чем тратить (это же здравый смысл: cкажем, сегодня купишь плазменный телек, а завтра может на еду не хватить).

Действительно, власти и экономисты в последнее время вдруг опять начали говорить о стимулировании спроса. Это можно делать через налоговые кредиты (правильный термин в данном случае tax rebate, tax credit это обычно немного из другой оперы), то есть попросту возврат налогов населению, а можно — через масштабные госпрограммы вроде строительства мостов. В любом случае государство рассчитывает, что потребители получив деньги, начнут их тратить, что создаст так называемый мультипликационный эффект, заставляя расти всю экономику. Именно эта идея была в центре революционного подхода предложенного Джоном Мейнардом Кейнсом. Со времен Великой Депрессии фискальная (еще ее называют бюджетная) политика очень часто применялась правительствами разных стран для спасения экономики. Особенную популярность эти меры приобретают в кризис, в основном потому, что избиратели хотят от правительства активных мер по борьбе с ним.

К счастью, последние лет тридцать фискальная политика почти не применялась с этими целями. Как бы ни были популярны идеи Кейнса опыт и теория в шестидесятые-семидесятые годы показали, что экономика так не работает. Не последнюю роль в этом сыграли Милтон Фридмен, Роберт Лукас и Роберт Барро. В частности, Барро написал в 1974 знаменитую статью с иллюстрацией ровного того принципа, что заметил автор вопроса. Трата государственных денег через заемы (а именно так финансируется большинство фискальных мер) означает, что в будущем государству придется поднимать налоги. Соответственно тратить сейчас становится совсем не так выгодно. Люди не сильно меняют спрос, когда получают даже большую одноразовую сумму. Особенно странными будут такие траты в момент кризиса. То есть эффект от фискальной политики скорей всего будет минимальным. Больше того, сама идея увеличивать, а не уменьшать расходы в кризис не выдерживает никакой критики, потому что делает государство еще менее надежным должником, что вряд ли поможет вернуть доверие на рынки.

Я сейчас читаю книжку по теории Великой Депрессии и там рассказывается о событиях почти идентичных сегодняшним (книга написана до кризиса). Тогдашний президент США Герберт Гувер и его последователь Франклин Рузвельт решили не пережидать кризис, как это делали до них (в то время кризисы на фондовых рынка были достаточно частым явлением, предыдущий был всего лишь в 21-м году), а заняться активной политикой. Гувер точно так же как сегодняшние политики пытался поддержать спрос, а в итоге получил самый серьезный кризис в истории. Рузвельт был еще больше уверен в необходимости вмешательства в экономику, что затянуло проблемы еще на много лет. Даже к 1938-му году (9 лет после начала кризиса) в США была безработица в 20%. Такого не случалось ни до, ни после.

Еще год назад во всех мейнстримовых университетах вам бы рассказали, что фискальная политика не является эффективным оружием для борьбы со спадами. Ее надо использовать (если вообще надо) только для финансирования длинных инфраструктурных проектов и тому подобных не-кризисных вещей. Даже год назад все активно критиковали аналогичные меры Буша, а теперь вот советники Обамы предлагают то же самое. Единственное утешение в том, что сегодня это далеко не самая большая опасность.

Про план Полсона

Последние пару дней чуть ли не все СМИ только и пишут, что о последствиях провала плана Буша (который чаще называют планом Полсона по имени министра финансов США) в конгрессе. Напомню, законодатели не согласились выдать 700 миллиардов долларов на покупку так называемых «токсичных долгов», то есть банально глупых кредитов, выданных банками и другими финансовыми структурами. Причем практически везде комментаторы тон комментаторов заставляет думать, что принятие плана было единственным спасением от кризиса, а теперь все полетит в бездну, если конечно план не примут на повторном голосовании в четверг. Я хотел бы уверить хотя бы наших читателей, что это как минимум не совсем так.

Давайте сначала вернемся к истокам кризиса. Из-за излишне дешевых денег и политики правительства США вместе с изобретением некоторых хитрых финансовых конструкций (об этом я подробнее писал здесь) игроки на рынке выдали чрезмерно много кредитов, часто не обеспеченных ничем. Неудивительно, что в какой-то момент выяснилось, что выплачивать эти кредиты никто не собирается. Из-за того, что такие кредиты выдавали или покупали почти все, на рынке начался так называемый кризис доверия. Грубо говоря, вы боитесь дать новый кредит банку, если не знаете, сможет ли он расплатиться по уже существующим. Кризис доверия ведет к проблемам с ликвидным капиталом и соответственно кредиты выплачивать становится еще сложнее.

По логике плана Полсона государство должно предоставить деньги, что бы скупить все эти проблемные кредиты. Тогда банки должны снова начать доверять друг другу и все будут счастливы. Но, на самом деле, само появление токсичных долгов вызвано в том числе ожиданием спасения со стороны государства. Если вы знаете, что государство купит ваши кредиты по цене выше рыночной, то можно и не продавать их. Сейчас уже многие компании могли бы легко избавиться от части своих проблемных активов, но они ждут Полсона. Точно так же не стоит так уж бояться банкротств финансовых гигантов. Оно вовсе не обязательно будет сопровождаться всеобщим хаосом, наоборот угроза банкротство в отличие от вливания денег даст управляющим стимул проводить дела в порядок. Что еще важнее, в будущем банкиры будут думать дважды перед тем как выдавать кредит.

Да, без вливания денег рынок упадет и какое-то время дела будут идти достаточно туго, но совсем не обязательно все это закончится концом света. Постепенно на рынок прийдут новые игроки, сильные из старых научатся жить в новом мире, а правительства может быть научатся на своих ошибках. Главное понимать, что в любом случае сейчас люди потеряют деньги. Это могут быть вкладчики, акционеры или налогоплательщики, но бесплатного обеда не будет. Вопрос кто должен платить по справедливости.

Пост написан по мотивам статьи гарвардского экономиста Джеффри Майрона на сайте CNN.

Такие же люди как и мы

Wall Street Journal в редакционном блоге справедливо называет главным уроком из истории с Lehman Brothers (Лиман Бразерс, наверное, по-русски) то, что известно каждого студенту первого курса экономического факультета — moral hazard (у этого термина нет приличного перевода, дословно моральная угроза). Обычно на уроках экономики этот термин появляется при разговоре о рынках с асимметричной информацией. Например, застраховав свою жизнь, вы получаете стимул вести менее аккуратный образ жизни, что по идее должно вести к удорожанию страховки. Поскольку страховая компания заранее не знает, будете ли вы действительно прыгать с небоскребов и так далее, высокие взносы приходится платить всем. В теории это может вести к распаду рынка, а в реальности обычно просто усложняет его.

От похожих проблем страдают банкиры (труднее оценивать заявки на кредит), менеджеры (будет ли новый кадр усердно работать) и, как теперь выясняется, целые экономики. Крушение Лимана, которое скорей всего произойдет уже ко времени публикации этого поста, когда откроются рынки в Азии, служит здесь хорошим примером. Проблемой банка стали необоснованные риски «вдруг» оказавшиеся на его балансах, когда экономика начала сползать в кризис. Тут проблема и в плохих математических методах торговли и главное в плохом менеджменте, при котором никто не нес ответственности сопоставимой с рисками. Вполне вероятно, что причиной такого расслабленного поведения (и отказа проводить радикальные реформы) стала история со спасением сначала банка Bear Stearns, а потом агенств Freddie Mac и Fannie Mae. Менеджеры Лимана, видимо, думали, что и их кто-нибудь да спасет, хотя министр финансов Хэнк Полсон (сам родом из Голдман Сакса) и предупреждал об обратном.

Вместе с менеджментом и зарвавшимися трейдерами, таким образом, вину должны разделить американские монетарные власти, в основном ФРС, которая своими предыдущими действиями вселила мысль о неизбежности спасения в головы банкиров. На это можно возразить, что спасения банков имели и положительные стороны, но как видно сейчас, бесконечно это делать невозможно, а итоговый результат от падения Лимана может быть и хуже, чем если бы упал Bear Stearns в начале года.

Этот урок очень хорошо можно применить к нашему недавнему разговору про инвестицию денег СтабФонда (на самом деле, там речь шла о другом фонде, но разница не важна) в российский рынок. Прецедент такого «спасения», создаст стимул для финансистов и компаний набирать еще большие риски. А это непременно аукнется в будущем.

Экономика сейчас

Вчера, общаясь с ко-блоггером Ильей мы в очередной раз спорили о судьбе любимой науки. Можно конечно сказать, что у нас слишком много свободного времени для таких пространных дискуссий особенно перед сессией, но в принципе вопрос все же важный. Мы сходимся во мнении, что в большинстве своем сегодня экономика представляет из себя весьма мрачное зрелище. Тысячи людей по всему миру вроде бы занимаются ей, получая PhD в университетах и публикуя статьи в журналах, тогда как, если посмотреть в перспективе, их труд имеет очень мало общего с тем, что делал Адам Смит. К сожалению, экономика стала жертвой собственного успеха. Когда ей занимается такое огромное количество людей, непонятно кто из них чего-то действительно стоит. В результате появилась достаточно смешная система, когда без PhD или публикаций тебя не будут считать экономистом. В итоге большинство из таких экономистов занимаются каким-то исследованием именно с целью публикации, а не что бы стать чуть ближе к истине. При этом даже если вы придумали что-то очень интересное, но не опубликовали в журнале, то этих экономистов вы не заинтересуете.

На этом консенсус у нас заканчивается. Илья считает, что эта культура убила экономику, и сейчас уже в ней не осталось ничего стоящего. Я наоборот утверждаю, что даже не смотря на все проблемы в экономике остаются люди, занимающиеся ею ради чего-то большего чем публикация в журнале и одобрение коллег. Речь идет о сравнительно молодых (не слишком молодых и наоборот) экономистах.

В качестве одного из примеров мне видится Дарон Асемоглу. Также можно вспомнить Эда Глейзера, прославившегося в первую очередь экономикой города. Оба они еще пока сравнительно молоды. Немного сложнее со Стивом Левиттом, который вроде бы занимается интересными вопросами, но с другой стороны в основном их испытанием на статистике. Еще под вопросом гарвардский экономист Роланд Фрайер. Может быть еще Абхиджит Банерджи (не уверен, что именно так пишется), хотя он, кажется, уже постарше. А кого вы можете предложить?

Для справки можно прочитать колонку Константина Сонина, где он выделяет перспективных экономистов, хотя некоторые его кандидаты для нашего вопроса очевидно не подходят. Зато там есть кратко про Левитта, Асемоглу, Фрайера и Глейзера.

Путеводитель по финансовому кризису: часть 1 Истоки

Похоже финансовый кризис, начавшийся еще летом прошлого года, и не думает затихать. Наоборот его все больше сравнивают с самыми сильными экономическими потрясениями прошлого века от проблем в Японии 90-х до Великой Депрессии. Поэтому, я решил, что не стоит откладывать написание поста о кризисе. История длинная, так что получится даже серия постов. Поскольку в финансах я разбираюсь не очень хорошо, прошу экспертов дополнять и попровлять мою версию. Итоговый вариант мы разместим в нашей энциклопедии.

Ипотечный рынок в США.

Можно начинать с разного, но я бы начал с рынка недвижимости в США. Проблема появилась не в один момент, а росла на протяжении нескольких лет. Низкие ставки процента, появившиеся еще во времена Алана Гринспэна сделали кредиты дешевыми, и банки начали выдавать их слишком много. В этот раз кредиты стали настолько дешевыми, что умные американские банкиры решили, что обычной ипотеки им не хватает. Для повышения прибыльности были придуманы так называемая суб-стандартная ипотека. Банки стали выдавать кредиты под высокие проценты, но очень рискованным клиентам без кредитной истории или с еще какой-нибудь проблемой.Такие кредиты могут быть прибыльными, но, к сожалению, риски были оценены неправильно. Банки рассчитывали, что если часть из заемщиков и обанкротятся, то хотя бы остальные заплатят высокие проценты. Вероятность того, что банкротами сразу станут все клиенты выглядела не очень высокой. Позже оказалось, что это не так, но что бы понять почему, нам надо вспомнить о еще одной тенденции последних лет.

Секъюритизация.

В головах финансистов тоже никогда не утихает желание заработать еще больше. Для них это значит найти еще лучший механизм перераспределения рисков. В данном случае был придуман очень изящный, но как позже выяснилось смертельный ход. Банкиры покрупнее начали выкупать у обычных банков те самые суб-стандартные долги. Дальше несколько таких долгов (например, 100) по всей стране паковались вместе в один новый финансовый инструмент. Его стали называть CDO (Collateralized Debt Obligations). С помощью CDO банкиры решили превратить очень рискованные ипотечные долги в надежные ценные бумаги. CDO стали составлять из нескольких «траншей». Каждый из траншей представляет из себя определенную ценную бумагу наподобие облигации с купонной выплатой. Младшие транши получают свою выплату только если все долги вернутся, средние, если обанкротится, например, не больше 30% должников, а старшие транши — если не больше 50%.Как я уже написал, вероятность того, что обанкротятся сразу все считалась очень  низкой, и поэтому старшие транши стали считаться очень надежными и получили высокие рейтинги. Младшие транши банки обычно продавали спекулянтам, средние тоже инвесторам, а значительную часть старших оставляли себе, считая их безопасными. Описанный процесс превращения пачки очень плохих долгов в очень надежную ценную бумагу называется секъюритизацией.

Смертельная смесь

Вернемся к маленьким банкам, выдававшим сами суб-стандартные ипотечные кредиты. Имея возможность перепродавать долги практически без ограничений, банки стали выдавать их еще больше. Постепенно они начали снижать свои стандарты, ведь все равно риск несет кто-то другой. Неудивительно, что рассчитанные финансистами вероятности очень скоро перестали согласовываться с реальностью.В итоге, как легко догадаться, банкротств оказалось намного больше чем можно было ожидать. Но проблема не в этом. А в чем? Об этом в следующей серии.Это первая часть путеводителя.

Пожалуйста задавайте вопросы, если что-то непонятно. Полная версия путеводителя вместе с ссылками и рекоммендациями для внеклассного чтения постепенно будет опубликована.

Американская политика

8-го Января в американском штате Нью-Гемпшир пройдет второй тур так называемых праймериз. Во многом именно этот тур может определить судьбу кандидатов от двух главных партий. Особенно это касается Демократов. До недавнего времени основным кандидатом считалась Хиллари Клинтон, но в последний момент инициативу перехватил Барак Обама. Некоторые аналитики считают, что если Обама победит и во втором туре праймериз, то его уже нельзя будет остановить. Пока традиционные СМИ ссылаются на обычные опросы, экономисты смотрят на рынки предсказаний. И вот, что они там видят:

Obama

Как видно всего лишь за последние пару дней (после победы Обамы в Айове) его шансы в Нью Гемпшире резко повысились. То есть рынок успешно учел новую информацию. Насколько успешно мы узнаем уже завтра, но пока опросы подтверждают результаты торгов.

Clinton

У республиканцев неожиданно лидирует МкКейн, которого еще пару месяцев назад все списали со счетов.

McCain

Цены взяты с сайта InTrade.com.

Когда ипотеки бывает много

От редакции: Мы наконец-то начинаем публикацию постов победителей и участников нашего недавнего конкурса. Автор этого поста по результатам поехал в Летнюю Школу Института Катона (о которой мы обязательно напишем отдельно). Всем остальным в самое ближайшее время будут высланы утешительные призы. Пожалуйста, не забудьте сообщить нам ваш почтовый адрес.

Жилищный вопрос был и остается в России актуальным при любом режиме власти. Нынешний президент провозгласил доступность и комфортность жилья в качестве приоритетного национального проекта. Помочь властям в реализации проекта должно ипотечное кредитование – кредитование под залог приобретаемого жилья. Ипотечный кредит сроком до 20-30 лет, являясь авансом будущих доходов, дает значительной части семей возможность улучшить свои жилищные условия.

Бизнес по выдаче ипотечных кредитов в последнее десятилетие стал одним из наиболее привлекательных направлений деятельности банков США и Европы. Борьба за клиента, в конечном счете, обернулась не только установлением весьма либеральных требований к заемщику и его доходам (не нужно предъявлять не только справку о доходах, но отпала необходимость подтверждать наличие работы как таковой). При этом некоторые банки стали выдавать кредиты без частичной оплаты заемщиком приобретаемой недвижимости. Кроме того, стремясь снизить проценты по выдаваемым кредитам, некоторые финансовые компании установили плавающие процентные ставки по кредитам, уровень которых зависел от макроэкономических условий в стране. Беспрецедентно низкие процентные ставки в экономике США начала 2000-ых годов сделали привлекательными кредиты с плавающей ставкой для половины всех заемщиков, бравших кредиты на покупку жилья.

Система ипотечного кредитования занимает особое положение в экономиках развитых стран, являясь не только основной формой улучшения жилищных условий населения. Во времена Великой депрессии в США одним из способов оздоровления экономики являлось развитие государством национальной системы ипотечного жилищного кредитования. Одной из основных проблем долгосрочного жилищного ипотечного кредитования является привлечение банками ресурсов для кредитования в наиболее эффективных формах. Благодаря закрепившейся за ипотечными кредитами репутации надежных долговых обязательств, банки стали выпускать ценные бумаги, гарантией платежей по которым становились планируемые поступления от заемщиков. Такие ценные бумаги стали очень популярным объектом вложений среди инвестиционных фондов.

И все было бы хорошо, лозунг «Каждому по собственному дому/квартире» реально воплощался в США. Однако, с весны 2007 года финансовые рынки всего мира начало лихорадить. Причиной тому стал кризис на американском рынке ценных бумаг, обеспеченных ипотечными кредитами: заемщики перестали расплачиваться по ипотечным кредитам, в связи с чем вложения в ипотечные ценные бумаги стали обесцениваться. Денежные власти развитых стран предприняли меры поддержки финансовых рынков, существенно превышающие поддержку мировой экономики после терактов 11 сентября 2001г. Тем не менее, мрачные прогнозы экспертов относительно растущего числа заемщиков, отказывающихся платить по кредитам и снижение цен на недвижимость, говорят о том, что финансовые рынки еще долго будут оставаться под неблагоприятным воздействием бурного развития ипотечного кредитования в США.

Какие же уроки мы можем вынести из этого кризиса. Может быть, действительно, для избежания кризиса в России не нужно так активно развивать ипотечное кредитование? Как ни странно, ипотечное кредитование развивать необходимо. Но, как и в любом деле, каждому из участников рынка необходимо осознавать принимаемый на себя уровень риска. У банка, продающего ценные бумаги, обеспеченные ипотечными кредитами, резко снижается мотивация следить за платежеспособностью заемщика и адекватностью оценки стоимости приобретаемого жилья, потому что все возможные убытки в связи с отказом заемщиков по своим обязательствам переносятся на плечи инвестора. Поэтому инвестор, покупающий такие ценные бумаги, должен внимательно следить за условиями и стандартами выдачи кредитов.

Низкие требования к оценке финансового благополучия заемщика и отсутствие первоначального взноса вовлекают в систему кредитования «плохих» заемщиков, которые в действительности не могут регулярно выполнять свои обязанности. Кроме того, при падении цен на недвижимость, рациональному заемщику выгоднее отказаться от обязательств по кредиту и оформить ипотечный кредит на меньшую сумму на подешевевшее жилье.

Нашей стране кризис, подобный американскому, пока не грозит: цены на жилье особо не падают, доходы населения растут, требования к заемщикам относительно строгие. Однако американский кризис должен заставить более внимательно относится к любым идеям об инвестировании пенсионных денег или Стабфонда в ценные бумаги, обеспеченные ипотечными кредитами.

Почему не будет рецессии в Америке

О потенциальном падении американской экономики говорят уже давно и очень многие. От российского афериста от экономики Михаила Хазина до достаточно уважаемого аналитика Нуриэля Рубини. У каждого из них свои причины, иногда заслуживающие внимания. Тем не менее пока ничего особо серьезного с Америкой не случилось. На этом фоне одна из самых пессимистичных аналитических контор высказывает мнение, что никакой рецессии не будет и даже приводит 10 причин такого вывода. С ними можно ознакомиться в блоге WSJ (eng.).

Чем опасен торговый дефицит?

Продолжаем отвечать на вопросы читателей. В этот раз вопрос сложный и очень широкий. На эту тему мы еще обязательно будем писать, а пока только небольшое введение в тематику. Надеюсь, оно вас заинтересует. Итак, вопрос:

Что означает торговый баланс страны и почему отрицательный торговый баланс (как в США сейчас) некоторые считают тревожным явлением?

Торговый баланс представляет собой разницу между экспортом и импортом страны. Под импортом и экспортом подразумевается доход от соответствующих занятий. Соответственно, торговый баланс измеряется в деньгах.

В последнее время этот экономический термин все чаще попадает в новости, потому что многие волнуются из-за состояния мировой экономики. Если кратко, то в Америке и в меньшей степени в Великобритании сейчас очень высокие торговые дефициты. Как проценты от ВВП (а торговый баланс обычно измеряют именно так) они пока не достигли рекордных значений, но это всего лишь вопрос времени, если ничего не изменится. При этом в странах вроде Китая, Индии, России и даже Германии наблюдаются гигантские профициты. Фактически США сейчас потребляют намного больше чем производят, а Китай наоборот и в какой-то момент эта ситуация может «взорваться». Вот, например, что говорит об этом Олег Вьюгин:

Потому что механизм экономического роста сейчас построен на следующем. Есть в мире экономические зоны с низкими затратами трудовыми – это Китай, где можно за 3 доллара нанять людей, которые будут работать 24 часа в сутки; Индия; в каком-то смысле была Россия, у нас все-таки ниже оплата. И развитые страны получили возможность переводить в эти экономические зоны рутинные производства и тем самым сильно экономить на затратах. Экономия на затратах означает экономический рост. Более того, они дают этим странам возможность развиваться. Они им дают технологии, людям, которые хотят работать, они дают работу. В результате выигрывают и те, и другие. Поэтому экономический рост, вот этот механизм работает. Плюс в этих странах очень высокая норма сбережения. Потому что Китай может принимать огромное количество иностранных инвестиций, там бешеными темпами растет денежная масса, а инфляция низкая – почему? – потому что китайцы, китайские семьи сберегают очень много денег, они не потребляют, а сберегают, инвестируют. И этот механизм позволяет американцам потреблять китайские товары, китайцам – работать на потребителя Америки и сберегать свои деньги. Если это прекратится, если вдруг в Китае начнется настоящий потребительский бум, люди откажутся от сбережений, а захотят потреблять, то, скорее всего, этот механизм начнет разрушаться. Это очень грубо, конечно, картинку я нарисовал, она как бы имеет много макроэкономических тонкостей, но это суть происходящего. Поэтому я говорю – смотрите за инфляцией в Китае. Если начинается инфляция в Китае, значит, там падает норма сбережения и, скорее всего, это приведет не к кризису, а к замедлению темпов роста мирового производства, к снижению цен на сырьевые ресурсы, а это уже смотри на Россию.

Это как раз то, почему некоторые экономисты боятся больших торговых дефицитов. Если говорить не о конкретной ситуации, то в них нет ничего плохого. Наоборот, дефицит значит, что граждане страны живут лучше, чем им позволила бы закрытая экономика. Не говоря уж о том, что торговый баланс представляет только одну часть мирового обмена. Кроме товаров по странам передвигаются денежные потоки и активы. Заработанные в Америке деньги часто возвращаются туда же в виде вложений в акции и облигации (можно вспомнить наш Стабфонд и покупку акций фирмы Blackstone китайцами). Пока Америка остается финансовым центром притяжения торговый дефицит скорей всего не опасен. Проблемы могут начаться, если Китай и Россия решат потреблять свои доходы*, тогда сами эти доходы возможно начнут падать, и это может неприятно закончиться для всех, но, насколько я понимаю, сейчас большинство экономистов все-таки не считают этот сценарий вероятным в ближайшее время.

*Мы их не сберегаем как Китай, но они оседают в Стабфонде и Золото-Валютном Резерве.