Немного о диверсификации

За последние годы одним из самых популярных слов в обсуждении российской экономической политики стало «диверсификация». Если коротко, то эта концепция утверждает примерно следующее: Россия должна развивать новые сектора экономики, что бы стать менее зависимой от непредсказуемых цен на углеводороды. Кроме стабильности «диверсификация» должна добавить нам богатства за счет более высокой добавленной стоимости производимого продукта. Цель вроде бы стоящая, но добиться ее обычно предлагается за счет перераспределения средств из нефтегазовой отрасли в другие сектора экономики. Такого рода риторика настолько интуитивно близка каждому, что ее взяли на вооружения политики всех мастей: левые, правые, единые, справедливые и так далее. Спор идет только о том, кто сможет «диверсифицировать» лучше. С экономической точки зрения такая диверсификация в теории имеет право на существование. Так (ну не совсем так, но похоже) развивались, например, Япония и Корея. Однако, там активная перераспределительная политика сочеталась с высококлассными политическими и правовыми институтами (в первую очередь отсутствием массовой коррупции и высокой предсказуемостью). В любом случае, «одноруких» экономистов, как известно, не бывает, так что давайте поспекулируем в обратную сторону.

Чемпионом «диверсификации» по первому сценарию смело можно считать Владимира Путина. В его программе (пускай обычно и не осознанно) этому способствуют сразу несколько пунктов:

  • Ренационализация нефтегазовой отрасли и как следствие сильнейшее падение эффективности и производительности в этом секторе.
  • Изъятие денег из нефтегазовой отрасли на «национальное проекты«, которые в том числе включают в себя трату денег на высокотехнологичные отрасли. Так называемые «нанотехнологии».
  • Внесение абсолютной непредсказуемости в российскую политику, что сделало невыгодным длительные вложения в первую очередь в углеводороды. Они, конечно, все равно происходят, но меньше чем могло бы быть.

Каждый из этих пунктов должен за какое-то время снизить относительную значимость нефтегазового сектора в российской экономике. Насчет развития альтернативных отраслей у меня пока большие сомнения.

Теперь давайте посмотрим на обратную точку зрения, которой в разной степени придерживаются многие российские экономисты. Нефтегазовый сектор является нашим сравнительным преимуществом в мировой торговле. Это необязательно значит, что нужно жить за его счет, но означает, что бороться за экономический рост нужно с его помощью, а не наоборот. Предлагается примерно следующий ход событий в долгосрочном периоде: Цены на нефть остаются высокими или растут еще выше. Постепенно это уничтожает «легкие» месторождения, зато станут прибыльными «трудные», требующие высоких технологий добычи. Таким образом запасов нефти реально хватит еще надолго. Но чтобы воспользоваться новыми месторождениям российским компаниям придется добровольно тратить много денег на инвестиции в высокие технологии добычи. Появятся заказы на оборудование, на технологичную промышленности, но главное резко вырастет спрос на квалифицированных специалистов. Это скорей всего подстегнет инвестиции в техническое образование, в том числе в фундаментальное, а оно уже потом создаст нам тот самый желанный рост разных секторов экономики.

Поводом для поста послужил последний выпуск передачи «Большой Дозор» на Эхе Москвы с участием Константина Симонова. Текста в сети пока нет, зато можно послушать аудио.