Пища для ума

Сегодня нормальный пост я уже не напишу, но зато предлагаю вам несколько разных развлечений.

Во-первых, на сайте Liberty Arcade обнаружено несколько интересных флэш-игр с экономическим подтекстом. Играя в них, можно понять некоторые очень важные идеи.

Играя в них, можно понять некоторые очень важные идеи. Одна из игр посвящена принципу сравнительного преимущества, а другая — «трагедии общин«. Что бы понимать правила, желательно свободно читать по английски. Остальные игры сделаны в текстовом формате, но тоже должны быть неплохими. Правда предупреждаю, игры сделаны с образовательной целью, а не для убийства времени, так что мгут показаться не очень увлекательными тем, кто уже знаком с идеями.

Во-вторых, у нас с вами снова есть возможность поупражняться экономической дедукции. Нужно разгадать ситуацию, описанную одной из наших читательниц:

Моя сестра работала торговым представителем в фирме, занимающейся распространением презервативов одной известной марки. В число ее обязанностей входило следующйй. Она должна была ходить по торговым точкам и, заметив, что там продаются презервативы конкурирующей марки, выкупать их все с условием, что на их месте будет размещен продукт ее компании. Известно, что аналогичную политику проводила и та самая фирма-конкурент. Таким образом, процесс покупки товаров друг у друга повторялся много-много раз.

Чисто интуитивно чувствую, что что-то здесь не то, а обосновать эту неэффективность не могу. Или, может. все эффективно?

Я сам не могу придумать достойной причины, по которой компании будут вести себя настолько нерационально (причем, судя по рассказу, не самые маленькие компании). Может быть у вас есть версии?

Как и было сказано

Как, я надеюсь, помнят хотя бы некоторые читатели этого блога, прошлой весной я посвятил два или три поста тому, как рассчитывают ВВП страны и взаимосвязи этой процедуры с курсом национальной валюты. Очень коротко: я говорил, что своего рода реальный курс рубля к доллару примерно в два раза уступает официальному — иными словами, рубль почти в два раза сильнее, чем нам кажется исходя из цифр на входе в обменник. Такая ситуация сохраняется постольку поскольку ЦБ РФ предпочитает держать рубль на этом уровне, печатая все новые рубли и складывая все новые пачки иностранной валюты в золотовалютные резервы.

Ну да я увлекся. Вот что тогда написал один из комментаторов:

ВВП (с целью приведения к реальному или ППС) нужно переводить не в доллары, рубли или что-то еще, а в БигМаки :-)

И правда, вот уже больше двадцати лет назад журнал «Economist» впервые опубликовал свой теперь уже знаменитый «Индекс Биг-Мака»: реальные курсы валют вычисляются исходя из различий в цене одного важного для всего мира товара — биг-мака. Идея ясна: реальный курс и должен отражать различия в покупательной способности двух валют. Понятно, что точность подобной меры кажется смехотворной, но качественные результаты она дает неплохие: в частности, индекс указывает на вероятную долгосрочную тенденцию во взаимоотношениях двух валют. Если одна из них биг-мак-занижена относительно другой, то ей светит либо удорожание, либо отчаянная борьба с таковым.

Вчера был опубликован очередной «Индекс Биг-Мака», и результаты позволяют считать мою проведенную на пальцах оценку реального курса рубля —

Если совсем грубо, за доллар должны давать не 28 рублей, а примерно 14 — точность количественного анализа тут не нужна.

— очень и очень хорошей. Согласно «Экономисту», реальный курс составляет 15.2 рубля за доллар, то есть рубль недооценен по отношению к доллару на 43%! Любители попаясничать скажут, что капиталистический журнал очерняет отечественную валюту, и все это смешно, а те, кто посерьезнее, вспомнят, что в мире мало контор, проводящих экономический анализ лучше «Economist Intelligence Unit». Так что повод подумать у нас есть.

Есть у нас и повод перечитать старые посты:

Какие бывают ВВП

О причинах российской инфляции

Свежий Биг-Мак индекс

В защиту Microsoft

Совершенно неожиданно получила широкое распространение история про преследование сельского учителя за использование нелегальных копий операционной системы Windows. В России этот процесс конечно выглядит смешным, потому что все отлично знают, что легальных копий той самой системы в стране очень и очень мало. Но на фоне этой странной истории проявились очень специфические отношения к системе авторского права вообще и компании Microsoft в частности. Дошло до того, что в дискуссии решил поучаствовать известный не с самой лучшей стороны совсем в другой области публицист Егор Холмогоров. Мнение Холмогорова для меня интересно не само по себе, а как сборник очень типичных заблуждений, так что есть смысл его откомментировать.

Начнем правда с того, что среди экономистов нет единой точки зрения на закон об авторском праве. Действительно, с одной стороны копирайт дает очень сильный стимул для инноваций. С другой стороны — как только инновация введена копирайт часто мешает ее дальнейшему развитию. Владелец копирайта может мешать другим создавать что-то на платформе его изобретения, хотя это явно выгодно для общества. В этом, кстати, часто обвиняют Microsoft. Насколько я понимаю, радикальной точки зрения о необходимости полной отмены патентов придерживается только малая часть экономистов. Но сегодня мы говорим все же не совсем об этом. Итак, перейдем к Холмогорову:

Право «Майкрософт» продавать свой монопольный продукт по той цене, которая для большинства мира и большинства людей является непосильной – более чем сомнительно. Люди просто не могут купить систему дешевле.

На самом деле, право Майкрософта продавать продукт по той цене, по которой ему хочется не только несомненно, но и полезно для нас. Потому что, если допустить, что Майкрософт бы заставили продавать Виндоуз дешевле, то можно легко представить, какой бы продукт мы получили на выходе. Виндоуз и так не блещет, а если бы компания тратила на него еще меньше денег, то он бы стал совсем невыносимым.

Кроме этого, хотя Майкрософт и является де-факто монополистом, никто не заставляет вас покупать его продукцию. Конкуренты у Майкрософт есть и их операционные системы по качеству вполне можно сравнить с Виндоуз. Дело в том, что на рынке операционных систем сравнительно низкие входные барьеры. Не так уж много нужно инвестировать, что бы создать приличную операционную систему, как показывает пример Apple. Соответственно если бы Microsoft срывал такие уж серьезные сверхприбыли, то другие компании вошли бы на рынок. Наоборот известно, что Microsoft не зарабатывает большую часть своей выручки на Виндоуз. Потому что этот рынок очень легко захватить. А наживается компания на дополнительных продуктах к Виндоуз, прежде всего офисных приложениях. В общем, я бы на месте любого государства не регулировал цены Майкрософта, а то может оказаться, что ему дешевле уйти из этой страны насовсем (таким решением угрожала Apple Франции, когда ее пытались заставить продавать песни iTunes не только для iPod’ов).

Во всяком случае – эти проблемы мирового монополиста никак Российского государства не должны касаться, тем более, что никаких выгодных казне сверхналогов за право продавать легальные программы Майкрософт в России не платит. И на каком основании пермская прокуратура пытается поставить крест на компьютеризации российских школ, совершенно непонятно.

Вот тут Холмогоров совсем ошибается. Как и любая другая компания Майкрософт в России платит налоги. Это и НДС (частично оплачиваемый покупателями), и корпоративные налоги, и подоходные налоги всех работников Майкрософта в России. Причем часть из перечисленных налогов напрямую зависит от цены Виндоуз и прибыли компании. Но даже те, что не зависят, полностью исчезают из казны, как только начинается пиратство. Потому что пираты как раз налогов не платят. Соответственно для российского правительства Майкрософт по объективным причинам друг, которого надо защищать по возможности. И история с сельским учителем была бы очень логичной, если бы не была настолько выдуманной в условиях тотального пиратства. Россия не преследует пиратов, не потому, что ей это не выгодно, как считает Холмогоров, а потому, что это не выгодно конкретным людям на местах.

А вот что правда печально, так это то, что у нас так и не развился нормальный благотворительный механизм, по которому школы и так могли бы получать компьютеры и ПО.