Почему так, а не иначе

Этот пост будет из разряда «диванных рассуждений», то есть не подкрепленных теорией и практикой (может быть и подкрепленных, но я об этом не знаю) моих рассуждениях с применением экономического аппарата. Сразу предупреждаю, что я пока сам не решил имеют ли эти рассуждения хоть какой-то смысл.

Итак, все наверное заметили, что год за годом фирмы все раньше начинают и позже заканчивают любые праздничные акции. В английском даже появилось специальное выражение «christmas creep» (что-то вроде ползучего рождества). Почему это происходит понятно: фирмам хочется сгладить повышенную активность покупателей. Например, таким образом меньше вероятность, что в магазине появятся очереди и дефициты товаров. Покупателям это тоже удобно: есть больше времени использовать скидки, не обязательно толкаться и легче найти необходимый товар. А страдают разве что очень принципиальные люди, которым не нравятся новогодние декорации в ноябре (признаюсь, я вхожу в их число), но большинство из них не готовы платить первым двум группам, что бы прекратить порочную практику. И поскольку фирма от процесса выигрывает, то ей выгодно каждый год двигать дату начала и конца распродаж все дальше от самого праздника. То же самое делают конкуренты. При этом в какой-то момент и для фирмы и для покупателей это становится практически бессмысленным, но прекратить гонку они не могут, а невинным «третьим сторонам» вроде меня приходится страдать от елок и рождественских песен все больше. Но никто даже и не думает о возможности законодательно запретить магазинам проводить новогодние акции и вешать украшения в ноябре и заканчивать в марте. Это кажется абсурдом.

Теперь берем другую ситуацию. Каждый день магазины и рестораны открываются и закрываются в определенный час. Ясно, что пока издержки на зарплату продавцам (официантам, поварам, барменам и т.д.) позволяют, фирма будет пытаться открыться раньше и закрыться позже. Ровно по той же причине, по которой они это делают с праздниками. Покупатели точно так же от этого выигрывают. Можно идти за продуктами не в 6 вечера, когда это делает половина района, а часов в 10. А ведь когда-то магазины наверняка закрывались даже раньше 6. Практически везде, где разрешают, идет тенденция на увеличение часов и дней работы. Но если с праздниками правительство молчит, то вот с часами работы очень часто вмешивается. В некоторых странах ограничивают рабочий день или рабочую неделю, что повышает издержки на зарплату (ради лишнего часа не будешь нанимать отдельного человека, особенно если дополнить наш хакон минимальной заработной платой). В других — существуют специальные лицензии, регламентирующие время работы (в Англии, например, надо отдельно платить за возможность продавать алкоголь после 11). Эти запреты меры вредят фирмам, потребителям и некоторым работникам. Они и рады были бы поработать лишний час и заработать больше, но государство им не дает. Сильнее других страдают те, кому больше всего нужны деньги. То есть мы вредим себе и ровно тем, кому хотим помочь, хотя кому-то и помогаем безусловно.

В первом случае люди, считающие, что не надо начинать отмечать новый год в ноябре продолжают быть недовольными, а во втором — наоборот, недовольные тем, что кому-то приходиться работать слишком много получают свое. Экономически ни та, ни другая ситуация неэффективна. Если мы верим в теорему Коуза, то можно разрешить недовольным голосовать своим рублем. Вам не нравятся дед морозы? Платите что бы их не было. Вам хочется помочь эксплуатируемым рабочим, заплатите. И так далее. Это конечно идеализм. В реальности платить никто не будет хотя бы из-за проблемы безбилетника. Но подумать в этом направлении всегда можно. Готовы ли вы платить свои рубли за те решения, которые вам нравятся? Или можно только требовать их у правительства в обход других сограждан?

Кстати, мы часто ругаем российские законы, но в контексте этого поста они намного лучше многих европейских. Я не знаю тонкостей правил, но по результату уже видно, что нету такого количества ограничений: супермаркеты работают круглосуточно, бары и клубы без дополнительных трудностей работают до утра и так далее, хотя кому-то это может не нравится.

От чего зависит подотчетность правительства гражданам?

В предыдущем посте Миша Дубов обрушил всю силу своей экономической логики на статью Татьяны Сарафановой «Авторитаризм ресурсного богатства» в Газете.Ru.

Не имея времени остановиться на всех тезисах Миши, каждый из которых безусловно достоин дискуссии, остановлюсь на тех, что вызвали у меня наибольшее несогласие.

Совершенно непонятно, чем налогообложение отличается от долга перед собственными гражданами. На самом деле ничем. Налоги и госдолг — это разные названия одного и того же. Заимствование через банкиров тоже странно звучит. Оно и так обычно через банкиров происходит (мало кто покупает облигации лично даже в Америке). А вот брать у иностранцев это, действительно, немного другой механизм. Правда, если смотреть в будущее, то за него все равно будут платить свои граждане, так что разница опять же небольшая. Надо понимать, что государство само по себе не имеет денег, все его деньги принадлежат народу. И за любое заимствование платить придется тому же народу. Разница может быть разве что в том, какая часть народа платит.

Попробую объяснить разницу между внутренним долгом и налогами. В долгосрочной перспективе — с точки зрения того, что в макроэкономике называется «бремя будущих поколений», действительно разницы нет, а вот в краткосрочной есть, и большая. В долг дают добровольно, а вот налоги — обязательны для уплаты. Даже в абсолютно идеальной демократии налог, установленный партией большинства, платят все. А в долг дают только желающие граждане и компании, в индивидуальном порядке, — те, кто доверяет правительству.

А вот когда долг становится принудительными (как в СССР при Ленине, Сталине и, отчасти, Хрущеве) — он и правда мало отличается от налога, хотя отличия все равно есть — долг может быть взят не «в бюджет», а для финансирования чего-то конкретного (плана ГОЭЛРО, например, причем как того, так и нового, который сейчас готовится в РАО ЕЭС)). И вот этими деньгами будет много легче распоряжаться, контроля будет меньше, тут граждане даже не ждут, что налоги пойдут на общественные блага.
А вот «добровольный» внутренний долг в стране демократической — и правда залог того, что государство будет считаться с гражданами, ведь оно может быть заинтересовано, например, с реструктуризации долга, в размещении новых займов и т.д.

Долги же у иностранцев — это отдельный разговор, их в недемократический стране легко взять, вообще не спросясь у граждан (да и в демократической не сложно — по тому же правилу большинства), и вот здесь уместно вспомнить, что берет правительство, а возвращает народ.

Если внешние займы это плохо для демократии, как написано выше, то не удивительно, что их выплату поддерживали либеральные экономисты. И причем тут свое население? Ведь в модели автора к внешним долгам оно отношения не имеет.

Насколько я понял статью, для демократии плохи не внешние займы, и даже не их досрочная выплата, а то состояние, в котором находятся властьпридержащие после выплаты долга и с огромным бюджетным профицитом. Я бы даже развил идею — действительно негативным для демократии является тот источник, который есть у правительства и для выплаты займов, и для свертывания бюджета с профицитом. И здесь моя мысль так же тривиальна, как и в предыдущем случае. Если основным источником бюджетных доходов, и, соотвественно, основным ресурсом социальных выплат (а от них зависит степень удовлетворения работой правительства, даже, хоть и в меньшей степени, рейтинг президента) являются не налоги с граждан, а рентные поступления с экспорта ресурсов, то говорить о заинтересованности правительства в участии граждан в принятии решений не приходится. Именно поэтому, с моей точки зрения, были последовательно изменены схемы выборов в Совет Федерации и Госдуму, отменены выборы губернаторов, запущен процесс отмены выборов мэров и т.д. Богатому правительству не нужны бедные граждане. Независимость власти от граждан — вот «ресурсное проклятье» по-российски.