Все дело в стимулах

Эта история про Йельский университет в конце 1970-х гг., когда будущий нобелевский лауреат Джеймс Тобин был еще простым професором, а будущий президент Американской финансовой ассоциации Джон Кэмпбелл был его аспирантом. Она, как и многие другие познавательные истории,была услышана мною на лекциях Кэмбелла по «Asset Pricing» — вероятно,лучшем курсе на экономическом факультетет Гарварда.

Йелские экономисты во главе с Тобиным однажды решили немного улучшить мир. Они руководствовались следующей логикой: выпускники Йела редко оказываются бедными людьми, но тем не менее среди них есть люди победнее и побогаче. Казалось бы, справедливо, а главное экономически более эффективно, сделать так, чтобы плата за обучение в Йеле зависела оттого, насколько успешным (читай богатым) стал выпускник университета впоследствии. Да и технически реализовать подобные контракт не таксложно: Студент платит некоторую небольшую фиксированную сумму в период обучения, а потом возвращает Йелу долг, который зависит от его текущих доходов — рядовые менеждеры платят поменьше, а крупные CEO — побольше.Отличная идея!

Однако натренированный экономист обязан узреть серьезную проблему в подобных контрактах. Проблема эта называется среди экономистов «Moral Hazard» {и пока, насколько мне известно, данный термин не имеет достойногоперевода на русский язык} — снижение стимулов усиленно трудиться для достижения хороших результатов в результате более полной страховки от рисков, связанных с плохими результатами. Действительно, во многом именно накопленный долг после получения высшего образования заставляет многих людей в Америке напряженно вкалывать вместо того, чтобы,например, уйти в продолжительный декретный отпуск. Кроме того, подобные контракты могут потенциально создавать стимулы для бывших студентов скрывать свои текущие доходы и так далее, и так далее…

Тем не менее, в Йеле решили попробовать, ожидая, что положительный эффект от более эффективного разделения риска (risk-sharing) превзойдет возможные отрицательные эффекты от снижения стимулов (все же выпускники Йела -сознательные люди, желающие, кроме всего прочего, помочь своей AlmaMater). И, действительно, данная программа на стимулы выпускников повлияла не сильно — по крайней мере, количество богатых CEO средивыпускников от этого не уменьшилось.

Однако проблемы пришла совсем с другого тыла, где ее совсем не ждали. В Йеле обнаружили, что количество (в долларовом выражении) пожертвований от бывших выпускников резко снизилось, а ведь бюджеты американских университетов процентов на 80 зависят от подобной благотворительности со стороны своих бывших выпускников, которая здесь очень популярна {Сергей Гуриев когда-то писал об этом, но я не смог найти ссылку}. Почему? Стали спрашивать бывших студентов, от чего они так поскупели. Оказалось все просто. Богатый выпускник получает от Йеля счет на круглую сумму (конечно, сумма небольшая в относительном выражении по сравнению с его доходами, но все равно кругленькая!), после чего он думает, что свой долг перед университетом выполнил, и желания заниматьсяблаготворительностью у него не остается. Некоторые выпускники признавались, что готовы были пожертвовать гораздо большие суммы для университета, если бы им не приходили такие безумные счета за образование. После этого данную программу по оплате обучения в Йеле быстро отменили, что конечно же слегка ударило по репутации экономистов, предложивших такую глупую затею! Тобин, правда, вскоре получил Нобеля за достижения в области финансовой экономики, что егополностью реабилитировало в глазах университета!

На мой взгляд, это невероятно поучительная история для экономистов, из которой можно сделать множество полезных выводов…

Еще мне тут вспомнилась одна история со схожим «привкусом». Кто-то из»эксперименталистов» проводил недавно следующий экономическийэксперимент. Родители нередко опаздывают забрать своих детей из детского сада, что создает дополнительные хлопоты для воспитателей. С этим попытались бороться экономическими методами, назначив цену за опоздание — чем больше опаздываешь, тем больше платишь. И что же обнаружили? Родители стали опоздывать, во-первых, чаще, а во-вторых, на дольше. В чем же дело? Вероятно, создание подобного «рынка опазданий» позволяет родителям оценить в денежном выражении, насколько плохой поступок они совершают, когда опаздывают за своим ребенком. Когда подобного рынка не было они считали, что опаздать за ребенком на полчаса — это очень-очень плохо, а теперь это всего лишь $20.

Все дело в стимулах: 5 комментариев

  1. :) кому интересны такие темы просто должны прочитать Freakonomics. Там ещё упоминается такой пример (по мимо того, что там тоже описан эксперимент с Израильским детским садиком), что после введения маленького вознаграждения за сдачу крови, люди стали давать меньше, потому что их альтруистические взгляды не были возмещены в должной мере.

  2. Кстати, ‘moral hazard’ помимо неуклюжего перевода «моральный риск» имеет и вполне внятный перевод- «угороза недобросовестности».

    Такое определение вполне ясно описывает вероятность того, что само существование контракта может привести к изменению поведения его сторон.

    В качестве синонима также часто приводят понятие «постконтрактного оппортунизма», когда из-за невозможности постоянного контроля стороны начинают вести себя «иначе», т.е. не так, как ожидалось.

    Скажем, после покупки полиса начинают снижать расходы на пожарную безопасность, а то и вовсе берутся инсценировать страховой случай.

    См., в частности, Менеджмент и экономика труда. Новый англо-русский толковый словарь. СПб., 2004. С.358.
    (Словарь и впрямь толковый, как и вся серия словарей Economicus.)

  3. Хорошая история. Но прочитав конец (про детсад) я чуть в обморок не упал — ведь именно эту статью из Freakonomics мне дали конспектировать на интервью в Кембридж! =))) (неудачном) Чесслово. Там дальше было про расследование мухлежа в борьбе сумо, а также изучение стстистики списываний в государственных экзаменах.

    Вообще статья, конечно, очень весело обсуждает проблему incentives и делает неплохие выводы.

  4. Клинтон в мемуарах писал, что у их Йельского класса была следующая система: весь класс брал кредит, и вся сумма кредита списывалась за счет 10% от годового дохода каждого. Кто больше зарабатывал, платил больше.
    Смысл тот же.

  5. Спасибо за блог и спасибо за статью. Только просьба, когда копируете-пастите текст, в semagic или куда-то еще, ставьте пробелы между словами, они имеют особенность слипаться, или же вставляйте как текст, а потом доводите формат до верного конца.

    благодарю.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s