Ruconomicsэкономика на русском языке

В предыдущем посте я очень негативно оценил последнее повышение правительством пошлин на иномарки. А вот Евгений Ясин на Эхе Москвы наоборот пошлины защищает:

Я не хочу быть апологетом г-на Путина, я думаю, что предложение о том, чтобы ввозить русские автомобили задёшево на Дальний Восток, оно не отдаёт большими, долгими размышлениями, потому, что я уверен, что подавляющее большинство российских потребителей, однажды сев на иномарку, уже не вернутся за руль «Жигулей». Но если ещё есть надежда, то с моей точки зрения эта мера оправдана, я имею в виду повышение пошлин, только в том случае, если имеется в виду, что это заставит или побудит иностранные фирмы сохранить своё присутствие в России и участвовать в конкуренции на внутреннем рынке.

То есть пошлины нужны, чтобы защитить не российский автопром во главе с ВАЗом, а иностранные заводы в России. Эта цель конечно кажется более понятной. Иностранные заводы безусловно более эффективны. Но все не так уж просто. Во-первых, пошлины в любом случае будут защищать все компании, в независимости от их эффективности. То есть деньги покупателей (которые будут платить дороже за машины или покупать машины похуже) расходуются плохо. Разумнее было бы просто выдать субсидию только эффективным заводам. Очевидно, что по итогам кризиса спрос на машины должен упасть, спасти всех не удастся. Так что, лучше уж честно выбрать, кого мы будем спасать. Но проблемы с пошлинами на этом не заканчиваются.

Откуда в России вообще взялись иностранные заводы? Есть две возможные причины, я думаю, что сыграли роль обе. С одной стороны, это типичный аутсорсинг – относительно дешевая рабочая сила и географическое положение могут делать сборку автомобилей в России выгодной. С другой – как говорит тот же Ясин, до этого некоторые пошлины специально были снижены, чтобы сделать сборку машин в России (а не полноценный импорт) выгодным. Если важнее был первый фактор, то повышать пошлины и не нужно. Что было эффективнее до кризиса, должно остаться эффективнее и после, особенно с падением рубля. А если второй? Тогда все еще проще. И странно, что Ясин об этом забывает. Искусственное создание иностранных заводов в России не было бесплатным.

Экономисты находят очень мало (если вообще) причин для протекционизма, и создание завода с иностранным владением точно не входит в этот список. Некоторые приведут пример Китая. Но там заводы строились всегда с расчетом на экспорт, а не на внутренний рынок. Китайскому правительству в те времена не надо было заботиться о своем производстве, потому что его просто не было. Поэтому и импортные пошлины там до недавнего времени не были сколько-нибудь важным вопросом. За сложную систему пошлин, которая обеспечила производство автомобилей в России платят те же самые потребители. И не только они. Реакция из Владивостока очень хорошо показывает, что на импорте машин может быть занято еще больше людей чем на производстве.

В итоге получается одно из двух. Или мы спасаем заводы, у которых и так все будет ничего (относительно). Или мы в очередной раз помогаем горстке работников заводов в ущерб потребителям, импортерам и так далее (в том числе, можно пофантазировать, что отток российских денег из автопроизводящих держав сократит спрос на российскую нефть). Думаю, что иностранные заводы не собираются увольнять столько людей, чтобы эти меры стали сколько-нибудь справедливыми. Мне кажется, что политикам просто нравится иметь свое производство. Пускай оно не будет сколько-нибудь выгодным стране в целом, но зато можно будет приехать на завод. А вот понять, что импорт Тайот тоже выгоден стране, им не удается.

Даже если в политике пошлин и есть какой-то смысл (например, по политическим соображениям она – меньшее из зол), ее нельзя принимать без обязательного условия по реформированию российского автопрома. ВАЗ сегодня не имеет права оставаться таким же неэффективным как сейчас и при этом получать деньги покупателей и импортеров.

Я думаю, это не последний пост на эту тему. Следите за анонсами.

Несколько постов назад мы говорили о попытках правительств разных стран вылезти из рецессии через масштабные программы государственных расходов. Тогда я, если помните, сказал, что утешением может служить тот факт, что это совсем не самое страшное. К сожалению, на глупой фискальной политике правительства обычно не останавливаются. Российская власть пошла дальше и повысила пошлины на подержанные иномарки. Вероятно это объясняется защитой российских автопроизводителей. Я надеюсь, все наши читатели и так понимают, почему этого не стоило делать, но для нас это хороший повод поговорить о проблемах всех спасительных операций.

Мне уже давно начало не хватать наших дискуссий о проблемах страны с точки зрения элементарной экономики уровня университета. Давайте вернемся к этой доброй традиции. Поводом послужит статья Сергея Гуриева и Олега Цывинского в Ведомостях о курсе рубля. Пост получился очень длинным, в принципе вы ничего не потеряете, если прочитаете только первую или только вторую часть.

Сначала подведем простенькую теорию для понимания проблем, а потом уже пойдет моя попытка критиковать.

Пока большинство экономистов в шоке наблюдают за насилием над их любимыми теориями, немногие могут чувствовать себя на коньке. Роберт Шиллер один из них. В 2000-м году на пике интернет-бума он написал культовую книгу Irrational Exuberance, в которой говорилось о возникшем на рынке пузыре и о возможном резком падении в недалеком будущем. Через несколько месяцев предсказания сбылись. Незадолго до начала этого кризиса Шиллер стал говорить о пузыре на рынке недвижимости, и снова цены через некоторое время резко упали, как по заказу. Шиллер быстро сориентировался и написал новую книжку про нынешний кризис, его причины и пути выхода. Вчера он выступал с лекцией на эту тему в Лондонской Школе Экономики.

Честно говоря, я был приятно удивлен уровнем ответов в комментариях. Читатели быстро разобрались в ситуации с рынком в лагере военнопленных и предложили даже две теории, объясняющих парадокс. Напомню вопрос: в лагере, где все заключенные получали одинаковые посылки из Красного Креста, один священник путем исключительно добровольного обмена значительно увеличил свою долю товаров (то есть уменьшил количество товаров в руках всех остальных). Как это возможно?

В комментариях к посту есть очень детальные описания возможной цепочки обменов даже с цифрами, так что станет понятно любому. Я бы хотел только еще раз отметить основную логику. Само по себе количество товаров не имеет значения, потому что важно только то, насколько мы их ценим. Залежи золота совершенно бесполезны на необитаемом острове, банка тушенки не прибавляет нисколько счастья вегетарианцу (среди заключенных были сикхи), а сигареты не нужны курильщику. То есть каждый заключенный присваивает каждому товару свою цену, но на свободном рынке, как мы знаем из основ экономики, на каждый товар устанавливается общая цена. В случае заключенных, как пишет Рэдфорд, это случилось, но не сразу. В начале люди с большим недоверием относились к торговле, поэтому часто нельзя было найти идеального покупателя. Тут-то в игру и входил наш священник. Он предоставлял рынку своего рода информационные услуги. Путем покупки и продажи он связывал людей с разными предпочтениями, попутно зарабатывая. Некоторым его заработок покажется аморальным, ведь он покупал за дешево, а продавал за дорого без издержек. На самом деле, издержки были. В первую очередь, священник вынужден был достаточно сильно рисковать, потому что ему нужно было угадывать чужие предпочтения. Во-вторых, он должен был обходить разных людей и совершать сделки с каждым, что не только занимало время, но и могло быть невозможным для других участников рынка (например, из-за языковых барьеров). Постепенно, благодаря священнику участники рынка выявили равновесную цену.

Второй вариант заключался в ростовщичестве. Например, священник мог набрать товаров с обещанием вернуть со следующей посылки, или наоборот пройтись по лагерю незадолго до следующей посылки, что бы воспользоваться высокими ценами на свой товар. Эта версия в принципе ничем особенно не отличается от предыдущей. В обоих случаях священник получил прибыль за оказание полезной услуги остальным пленным, но судя по комментариям Рэдфорда речь шла не о ростовщичестве, а об ошибках в цене.

В посте я просил применить эту логику к финансовому кризису. Я предложу свой вариант, который был в подкасте EconTalk (см. пост с конкурсом по ссылке в начале поста): на волне ослабленной денежной политики после 9/11, политики правительства США по расширению класса владельцев недвижимости (через Freddie Mac и Fannie Mae) и стремительной финансовой нововведениями на рынках появились новые кредитные продукты, так называемые CDO (о них я немного уже писал). С одной стороны, всем нравилась сама идея разделения рисков, но с другой – существующая математика не дает возможности качественно оценивать эти продукты. В итоге финансисты как и пленные в лагере совершают громадные ошибки в оценке, что в итоге приводит к потере денег.

Вряд ли кто-то из вас пошел бы покупать товар, не имея никакого представления о том, сколько примерно он должен стоить. Но именно этим занялись почти все ведущие банки и фонды. И это притом, что в отличие от заключенных у них был выбор.

Еще раз хочу поздравить комментаторов в особенности юзера Tsch, который оказался первым. Nikita, vashtar, yury.bedny, Антон Яроцкий, Борис Туровский тоже молодцы, но мне больше всех понравился именно ответ Tsch. Подписывайтесь на его блог. Отдельно стоит упомянуть нашего постоянного комментатора kray_zemli и его цитату из книги “Республика Шкид”, но как я уже сказал его вариант хоть и возможен в теории вряд ли относился к нашему священнику.

Кстати, второй конкурс с интересными вопросами и реальными призами все еще продолжается. Пока мне прислали только 4 вопроса, так что ваши шансы на победу очень высоки.

Сейчас, пожалуй, уже все наблюдают те или иные стороны финансового кризиса. Где-то увольняют людей, где-то лопаются банки, кому-то не платят зарплату и так далее. Этот кризис, хотя еще не до конца сказался на важных экономических данных (например, пока не падает ВВП США), уже вышел далеко за пределы инвестбанков. Соответственно и мнение о кризисе теперь имеет каждый. Большинство при этом не заставляет себя разобраться в причинах кризиса (что скорей всего невозможно), а выносит интуитивный приговор на основе внутренних убеждений. Чаще всего такое мнение звучит так: “Свободные рынки в очередной раз подвели нас, все потому, что не было хорошего регулирования, теперь настало время все исправлять”. В крайних случаях комментатор заходит дальше: “Капитализм показал свою несостоятельность, необходимо срочно перейти к модели с гораздо большим государственным сектором, с жестким регулированием и так далее”. Я не хочу сейчас копаться в ошибках этих вердиктов, хотя уже сам факт, что кризис начался с полугосударственных компаний Fannie Mae и Freddie Mac, а также попытки Алана Гринспэна регулировать рынок, должен говорить о многом. Вместо этого поговорим о более глубоких вещах.

В новом и очень неплохом экономическом блоге газеты NY Times цитируют бывшего председателя ФРС Пола Волкера (предшественника Алана Гринспэна), который в свою очередь вспоминает Адама Смита.

В своей главной книге Богатство Народов Смит пишет, что большое количество маленьких банков, на самом деле, лучше для экономики, чем мало крупных, потому что с большими банками каждый кризис превращается в гигантскую проблему. Напомню, во времена Смита и вплоть до Великой Депрессии банки лопались намного чаще чем это происходит сейчас, но последствия были как правило не такими серьезными.

В этом свете забавно, что основные методы выхода из кризиса, предлагаемые правительствами США, Великобритании и России приведут как раз к укрупнению финансовых институтов. Большие банки поглатят маленькие, а большие могут быть поглащены правительствами. В итоге система может и устоит, но к следующему кризису подойдет еще менее устойчивой.

Там же один из бывших сотрудников ФРС защищает Алана Гринспэна и его низкие ставки процента после 11 сентября. Аргумент заключается в том, что если бы не Гринспэн, то США могла бы постигнуть судьба Японии с ее дефляцией и очень длинным спадом. Меня он не убедил, но возможно кому-то будет интересно.

PS Кстати, интересно, что если в Америки уже почти у каждой серьезной газеты есть свой экономический блог, а то и несколько блогов (см. NY Times, WSJ, FT, Portfolio и тд), то в России пока никто этим средством не пользуется.