Азотные удобрения – это сырьё для сельскохозяйственной отрасли и товар с относительно низкой прибавочной стоимостью.

35% себестоимости азотных удобрений – природный газ. Так что это в какой-то мере завуалированный экспорт энергоносителей. Хотя, конечно, учитывая число занятых в отрасли и всё же большую прибавочную стоимость, чем даёт экспорт энергоносителей, накладывать экспортные пошлины на этот вид продукции возможно и нет необходимости. Тут надо более скрупулёзно вникать в структуру себестоимости экспортных товаров, особо обращая внимание на долю энергоносителей и других видов дефицитного стратегического сырья, чтобы принять верное решение.

Удобрения минеральные азотные, 1,4 млрд. долл.
(Экспорт в 2005 году, ФТС России)

Удобрения минеральные азотные – являются конечным продуктом химической промышленности, а не сырьем.

По данным ЦБ РФ, импорт России составил 125,3 млрд. долл. (с досчётами на теневую деятельность и пр.), экспорт – 243,57 млрд. долл. Профицит торгового баланса – 118,27 млрд. долл.

Экспорт нефти – 79,2 млрд. долл.
Дизельное топливо – 16,2 млрд. долл.
Мазут – 10,2 млрд. долл.
Бензин — 2,5 млрд. долл.
(ФТС России, 2005 г.)

Если Россия вообще прекратит поставки на экспорт нефти и нефтепродуктов — внешняя торговля всё равно останется в профиците на 10,17 млрд. долл.

Что происходит с деньгами профицита торгового баланса? Очень просто. В реальности весь почти весь профицит внешней торговли оказывается в золотовалютных резервах России, и, в частности, в стабфонде.

Что представляет собой ЗВР и стабфонд? Это номинированные в долларах, евро и фунтах активы. Фактически – долговые займы США и Европы под 3-5% годовых. Пикантной особенностью является то, что экономика США обладает дефицитом бюджета и дефицитом платёжного баланса, что создаёт риск значительного обесценивания валютных активов России (и того «конкурентного преимущества», которое получено за счёт экспорта нефти).

Что же представляет собой нефть? Это невозобновляемый стратегический ресурс, имеющий доходность около 50% годовых. Более того, нефть на планете заканчивается, себестоимость добычи растёт, коэффициент EROEI (http://en.wikipedia.org/wiki/EROEI) стремительно приближается к 1.

В свете вышеперечисленного конвертировать нефть в рискованные валютные активы не только не выгодно, но и, по сути, преступно, а Росси в целом на данный момент ведёт себя как нерациональный экономический агент. Другое дело, что те, кто находятся у руля экономических потоков в России, ведут себя как рациональные экономические агенты (возможность получать взятки, другие преференции).

Цитата Михаила Дубова: «Но для проведения подобных мер, как мне кажется, в первую очередь необходимо быть честным с обществом, которому в краткосрочном периоде от них безусловно станет хуже.»

Что потеряет общество, если темпы роста ЗВР и стабфонда сократятся? Каким образом обществу станет «безусловно хуже», если запрещённые для экспорта нефть и нефтепродукты попадут на внутренний рынок России, и будут продаваться по цене, близкой к себестоимости. Почему сокращение транспортных и других издержек по всей экономике не должно привести к росту заработанных плат, сокращению стоимости готовой продукции, увеличению выпуска продукции?

Безусловно, статьи экспорта нефти и нефтепродуктов настолько велики, что российская экономика не способно поглотить такие объемы сырья. Разумный выход из этой ситуации – консервация части действующих стратегических месторождений, прекращение выдачи новых лицензий на освоение месторождений. Эти действия будут стимулировать перенаправление потока инвестиций в нефтепереработку и переработку других видов сырья.

Так что не следует заблуждаться и обвинять людей во лжи. Сокращение экспорта сырья – это меры протекционизма, которые способны увеличить конкурентоспособность экономики в целом.

Создание внутреннего российского рынка дешёвого сырья – возможность значительно усилить конкурентоспособность и инвестиционную привлекательность обрабатывающих отраслей. Но этой возможностью надо пользоваться внимательно. Дело в том, что кроме нефти и нефтепродуктов энергия может вывозиться из страны в виде энергоёмких продуктов низкого передела, таких, как следующие виды сырья и полуфабрикатов:

Прокат плоский из углеродистой стали - 5 млрд. долл.
Алюминий необработанный – 5 млрд. долл.
Полуфабрикаты из углеродистой стали 4,8 млрд долл.
Никель необработанный 3,5 млрд. долл.
Лесоматериалы необработанные, 2,9 млрд. долл.
Удобрения минеральные азотные, 1,4 млрд. долл.
(Экспорт в 2005 году, ФТС России)

Для усиления конкурентного преимущества российской обрабатывающий промышленности логично ограничить также и экспорт вышеприведённых видов продукции (но только не допуская ухода цены ниже себестоимость). Тем более что дешёвая энергия сделает эти полуфабрикаты более дешёвыми и стимулирует увеличения предложения, и, если не регулировать, экспорта.

С точки зрения стимулирования развития экономики политика регулирования внешней торговли перед инвестированием средств стабфонда имеет следующие преимущества:

1. Расходование государственных средств неэффективно в условиях текущего уровня коррупции и непрозрачности, а это значит, что государственные расходы фактически – это инвестиции в дальнейшее развитие коррупции. Протекционизм при помощи регулирования внешней торговли в таких условиях более эффективен – предприятиям сложно употребить сырьё на что-то иное, нежели изготовление готовой продукции.

2. Расходование государственных средств приводит к инфляции. Напротив, повышение экспортных пошлин позволит увеличить предложение товаров на внутреннем рынке России. Фактически, запретительные экспортные пошлины на сырьё – отличная антиинфляционная мера, остро необходимая экономике России особенно в её текущем состоянии.

3. Сокращение поставок сырья на мировой рынок приведёт к росту мировых цен на него. Это сделает инвестиции в перерабатывающие производства на территории России ещё более привлекательными и значительно усилит конкурентоспособность России.

4. Развитие отраслей перерабатывающей промышленности требует создания огромного числа рабочих мест, что, кроме прочего, отразится на росте заработанной платы и снизит социальную напряжённость и неравенство в обществе, приведёт к развитию рыков, эффекту мультипликации и пр.